О, господи! Когда же ты умрёшь,
изгнанник вечный, нищий проповедник?
Какую утренне-тоскующую ложь
в чертополохе тени летней
ты явишь вдруг, мучительно таясь
от прошлого за собственною ложью?
Зачем для смертного так беспокойна связь
бессмертия и бездорожья?
Прощай, учитель! Вот твоя сума.
Войди от нас в пристанище раздоров,
где бранью живы, но, сойдя с ума,
поют и, сидя у заборов,
плюют под ноги!..
Городок-скопец
прилип к вокзалу криво и полого,
как образец бессмертья, как от Бога
отпавший и бессмертный образец.
В минуты музыки печальной
Я представляю желтый плес,
И голос женщины прощальный,
И шум порывистых берез,
И первый снег под небом серым
Среди погаснувших полей,
И путь без солнца, путь без веры
Гонимых снегом журавлей...
Давно душа блуждать устала
В былой любви, в былом хмелю,
Давно понять пора настала,
Что слишком призраки люблю.
Но все равно в жилищах зыбких —
Попробуй их останови! —
Перекликаясь, плачут скрипки
О желтом плесе, о любви.
И все равно под небом низким
Я вижу явственно, до слез,
И желтый плес, и голос близкий,
И шум порывистых берез.
Как будто вечен час прощальный,
Как будто время ни при чем...
В минуты музыки печальной
Не говорите ни о чем.
1966
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
