Бой стеклянный растреснется жизнью осколков.
Часть от части, разбросаны горсти вины.
И терпеньем заменится толика толка
Возведя неизбежность в разряд новизны.
Все как прежде, но нет, и теперь уж не будет,
Отражений, улыбок и целых картин.
Мягкий звон от летящих в раздробленность судеб
Мне расскажет, что в нем я остался один.
Разобщить, растрясти, не позволить запомнить,
Как беспомощен жест в роковой тишине.
Тяжесть глаз не устанет молитвою вторить
В радость нескольких слов, что остались во сне.
Ни страны, ни погоста
не хочу выбирать.
На Васильевский остров
я приду умирать.
Твой фасад темно-синий
я впотьмах не найду.
Между выцветших линий
на асфальт упаду.
И душа, неустанно
поспешая во тьму,
промелькнет над мостами
в петроградском дыму,
и апрельская морось,
над затылком снежок,
и услышу я голос:
- До свиданья, дружок.
И увижу две жизни
далеко за рекой,
к равнодушной отчизне
прижимаясь щекой -
словно девочки-сестры
из непрожитых лет,
выбегая на остров,
машут мальчику вслед.
1962
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
