тот который меня придумал был наверное очень странным
я себя ни за что б не придумал потому что себя жалею
ну а жалость такое чувство плюнуть и растереть ботинком
и плевка уже незаметно на асфальте осеннем слякоть
слечь с простудой пить чай с малиной одиночество ливень Маркес
и придумывать их счастливых желторотых птенцов пушистых
и щенков смешных толстобоких и котят и других счастливых
чтобы каждому в доме миска чтобы каждому в доме место
чтобы сытость являлась счастьем чтобы смерть не являлась вовсе
на деревьях набухнут почки почтальоны доставят письма
так всё было бы а потом мне надоест всё и станет скучно
я придумаю водопровод склизкий ржавый и запил слесарь
а хозяин ушел на работу в пыльном офисе чёрный кофе
тяжелеют ковры персидской и конечно ручной работы
пробки выбьет погаснет солнце на оклееном плиткой небе
пучеглазые рыбы молча на аквариум смотрят где им
приходилось ютиться раньше только рыб не придумал я же
а звонок дверной безответной захлебнувшейся тонкой трелью
и какой-то ежонок глупый так подумает перед смертью
он наверное очень странный и несчастный он тот который
Вы, Нина, думаете, вы
нужны мне, что вы, я, увы,
люблю прелестницу Ирину,
а вы, увы, не таковы.
Ты полагаешь, Гриня, ты
мой друг единственный, — мечты!
Леонтьев, Дозморов и Лузин,
вот, Гриня, все мои кенты.
Леонтьев — гений и поэт,
и Дозморов, базару нет,
поэт, а Лузин — абсолютный
на РТИ авторитет.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
