Позёмками по зимнему шоссе
летел в «сурфе», куда, не понимая,
лишь ветер за собою поднимая,
не зная, кто же я и где же все…
Не ведая, откуда мы и кто
вселился в нас душой огнеопасной
и нами населил в мечте напрасной
великое безмолвное ничто.
Спешат позёмки путь перебежать,
перелететь, внезапной перелиться
слезой в глаза – и мне не заслониться.
Им не уйти, а мне не избежать…
И с места происшествия назад
не повернуть постыдно и позорно.
О родина, зима моя, позёмка,
хочу остановиться, опознать
твой бледный лик… Но ты уже в иных
обличиях в путях неосторожных…
Позволь тебя увидеть, если можно,
хотя бы из канавы придорожной,
и прошептать посмертный светлый стих.
* По поводу глагольных рифм
прошу не беспокоить(ся).
Второе Рождество на берегу
незамерзающего Понта.
Звезда Царей над изгородью порта.
И не могу сказать, что не могу
жить без тебя - поскольку я живу.
Как видно из бумаги. Существую;
глотаю пиво, пачкаю листву и
топчу траву.
Теперь в кофейне, из которой мы,
как и пристало временно счастливым,
беззвучным были выброшены взрывом
в грядущее, под натиском зимы
бежав на Юг, я пальцами черчу
твое лицо на мраморе для бедных;
поодаль нимфы прыгают, на бедрах
задрав парчу.
Что, боги, - если бурое пятно
в окне символизирует вас, боги, -
стремились вы нам высказать в итоге?
Грядущее настало, и оно
переносимо; падает предмет,
скрипач выходит, музыка не длится,
и море все морщинистей, и лица.
А ветра нет.
Когда-нибудь оно, а не - увы -
мы, захлестнет решетку променада
и двинется под возгласы "не надо",
вздымая гребни выше головы,
туда, где ты пила свое вино,
спала в саду, просушивала блузку,
- круша столы, грядущему моллюску
готовя дно.
январь 1971, Ялта
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
