Печаль до дна, до вырожденья звука,
до сипа воздуха на выстуженном дне…
Печаль – как весть, как явь того недуга,
что туже знанья и любви больней…
Род безрассудства с полным омертвленьем
мембраны выдоха и страха высоты…
род пониманья снов и всеохватной лени…
Печаль до ясности, когда в аккорд взяты
и долгий мост, и степь в хвостах метели,
и стужа привокзальных городков…
Печаль – как то, о чём и знать не смели
в щели гудящей между двух веков…
Печаль – как жизнь, как ясность жизни тех, кто
подъездом выстуженным вышел в новый век
на тот же снег рентгеновского спектра,
на самый новый, но – всё тот же снег.
Вот – те, прошедшие. Им умирать и быть им
за тою мерой холода, за той
чертой необъяснённости событий,
что им привычней было красотой
именовать и ставить в запись мету,
в итоги века мету частных дней…
Вот - эти души смертные, и нету
В наставший век их горестей новей!
Вот – их печаль. Иного не извлечь им.
Вот – их уменье: только в жизни с ней,
со смертною, изведанной, извечной,
что дольше ночи, жизни бессердечней
и века прошлого бесстрашней и ясней!
Не должен быть очень несчастным
и, главное, скрытным...
А. Ахматова
Я ждал автобус в городе Иркутске,
пил воду, замурованную в кране,
глотал позеленевшие закуски
в ночи в аэродромном ресторане.
Я пробуждался от авиагрома
и танцевал под гул радиовальса,
потом катил я по аэродрому
и от земли печально отрывался.
И вот летел над облаком атласным,
себя, как прежде, чувствуя бездомным,
твердил, вися над бездною прекрасной:
все дело в одиночестве бездонном.
Не следует настаивать на жизни
страдальческой из горького упрямства.
Чужбина так же сродственна отчизне,
как тупику соседствует пространство.
1962
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
