Когда внутри плещется северно-ледовитый –
какое там снежное царство, Каева женщина может идти курить –
по толстому льду вышагивают гоплиты,
но пропадают, таким и не светит всплыть.
И айсберги закрывают собой фарватер,
по ложному следу направлены тысячи кораблей,
нигде не найти такой пары перчаток,
чтоб сделала пальцы теплее.
И это, наверно, не лечится, что лечить там?
"Мне холодно, доктор, особенно пальцам" - "Займитесь делом".
Да, кроме того, это стало уже привычным:
глаза закрывать и видеться белым-белым.
И помнить, кто эти люди, и улыбаться им,
всем тем, кто просто вовремя не пришел,
и тем, кто скорее будет читать нотации,
чем скажет: "Все будет, девочка, хорошо".
Я заразилась антарктической льдистостью,
колкой остростью, зверским холодом ледников.
Это просто надо тихонько выскрести,
или вынести, на словах, короче, легко.
Ну же вытащи меня, вытащи...
В свете габаритов медленно тает восток.
Истончается медной проволокой, шелком-ниточкой,
не порвется - лишь завяжется в узелок.
Говорят, меняется, все меняется, небо качается, Земля вертится как фреза,
а значит, это не отчаяние, это айсберг стаявший застилает глаза.
Девушка пела в церковном хоре
О всех усталых в чужом краю,
О всех кораблях, ушедших в море,
О всех, забывших радость свою.
Так пел ее голос, летящий в купол,
И луч сиял на белом плече,
И каждый из мрака смотрел и слушал,
Как белое платье пело в луче.
И всем казалось, что радость будет,
Что в тихой заводи все корабли,
Что на чужбине усталые люди
Светлую жизнь себе обрели.
И голос был сладок, и луч был тонок,
И только высоко, у царских врат,
Причастный тайнам, — плакал ребенок
О том, что никто не придет назад.
Август 1905
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
