Затемнёнными полусферами, веки сомкнуты, звёзды движутся,
Рассыпаются полумерами: то щепоткой, то целой пригоршней,
В дымной плоскости поизношенные, поистёртые, рвутся клочьями,
Искажаемые неточностями, кадры будущего и прошлого.
Пыль витает в лучах проектора, распадаясь на сотни пикселей,
Чуть правее от южного сектора, в Персее бета угасла-вспыхнула,
Лента плёнки «нарезкой» тянется, монтаж, двойной эспрессо, бессонница,
Сдать в печать и проявку глянец, десять на пятнадцать, назавтра вспомнится.
Сигареты в твоём кармане, что ж так тянет курить? Веришь – нервное...
В полусне маскирую сознанье, там меня где-то ждут, наверное...
Отвлекаюсь от самотёка беспорядочных мыслей, не надо,
Не расслышать уже с порога: «Дубль... камера стоп, снято!»
Не верили, считали - бредни,
Но узнавали от двоих,
Троих, от всех. Равнялись в строку
Остановившегося срока
Дома чиновниц и купчих,
Дворы, деревья, и на них
Грачи, в чаду от солнцепека
Разгоряченно на грачих
Кричавшие, чтоб дуры впредь не
Совались в грех, да будь он лих.
Лишь бы на лицах влажный сдвиг,
Как в складках порванного бредня.
Был день, безвредный день, безвредней
Десятка прежних дней твоих.
Толпились, выстроясь в передней,
Как выстрел выстроил бы их.
Как, сплющив, выплеснул из стока б
Лещей и щуку минный вспых
Шутих, заложенных в осоку,
Как вздох пластов нехолостых.
Ты спал, постлав постель на сплетне,
Спал и, оттрепетав, был тих,-
Красивый, двадцатидвухлетний.
Как предсказал твой тетраптих.
Ты спал, прижав к подушке щеку,
Спал,- со всех ног, со всех лодыг
Врезаясь вновь и вновь с наскоку
В разряд преданий молодых.
Ты в них врезался тем заметней,
Что их одним прыжком достиг.
Твой выстрел был подобен Этне
В предгорьи трусов и трусих.
1930
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
