В полуграции выльется серебро и останется дым,
За окном вновь ноябрь ласкает ее следы.
Тротуаром зачеркнут город, что стал чужим
И выносит приказы, что ей не сносить головы.
Разрывая бесшумные встречи ударами фраз,
Она тщетно пытается снова винить не тех
И меняет дешевые руки на пару фраз
И опять продает за полночи свой яркий смех.
В золотых васильках одеяло, разбросан сон...
Ей не страшно идти туда, где все - как вчера.
Еле слыша словами Пиаф поет патефон,
На ладони снегом ложаться ее слова.
На ладони ложится жизнь из сплошной прямой.
Ей давно не снятся ни принц, ни конь, ни дворец.
Она четко помнит, что счастье -лишь ей одной,
Только снова ноябрь и снова какой-то п***ц.
странное ощущение. по большому счету - мне понравилось. но есть непонятые/непринятые слова и образы.
первая строчка заморочена до полного непонимания.
встречи бесшумные? а удары фраз?
и дешевые руки(
а "пару фраз" у меня упорно читается как парафраз, тем более там дальше патефон..
это все мое, субъективное(
с последней строчкой согласна от всей души)
Непринятые для кого-то слова и образы есть у каждого автора для каждого читателя. Принятыми и понятыми, на мой взгляд, всегда остаются лишь стихи о природе)
"встречи бесшумные" - тихие, такие бывают.
"удары фраз" - Вас слова когда-ннибудь наотмашь били?
а вот "пару фраз" так и остается лишь парой фраз)))
Спасибо Дорогая.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Какая осень!
Дали далеки.
Струится небо,
землю отражая.
Везут медленноходые быки
тяжелые телеги урожая.
И я в такую осень родилась.
Начало дня
встает в оконной раме.
Весь город пахнет спелыми плодами.
Под окнами бегут ребята в класс.
А я уже не бегаю - хожу,
порою утомляюсь на работе.
А я уже с такими не дружу,
меня такие называют "тетей".
Но не подумай,
будто я грущу.
Нет!
Я хожу притихшей и счастливой,
фальшиво и уверенно свищу
последних фильмов легкие мотивы.
Пойду гулять
и дождик пережду
в продмаге или в булочной Арбата.
Мы родились
в пятнадцатом году,
мои двадцатилетние ребята.
Едва встречая первую весну,
не узнаны убитыми отцами,
мы встали
в предпоследнюю войну,
чтобы в войне последней
стать бойцами.
Кому-то пасть в бою?
А если мне?
О чем я вспомню
и о чем забуду,
прислушиваясь к дорогой земле,
не веря в смерть,
упрямо веря чуду.
А если мне?
Еще не заржаветь
штыку под ливнем,
не размыться следу,
когда моим товарищам пропеть
со мною вместе взятую победу.
Ее услышу я
сквозь ход орудий,
сквозь холодок последней темноты...
Еще едят мороженое люди
и продаются мокрые цветы.
Прошла машина,
увезла гудок.
Проносит утро
новый запах хлеба,
и ясно тает облачный снежок
голубенькими лужицами неба.
1935
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.