Поэтическое восприятие жизни, всего окружающего нас — величайший дар, доставшийся нам от поры детства. Если человек не растеряет этот дар на протяжении долгих трезвых лет, то он поэт или писатель
Ну вот опять пустые перемены
Вливают в бытность, кто на что горазд
Вдруг запретят валютные обмены…
Закроют воду, в трубы пустят газ
А мне плевать, сей бучи я стал выше
За словом не полезу я в карман
С ума сошел, верней… на время вышел
На жизнь смотрю, как на цветной экран
Заставят в школах изучать Стругацких
И камасутру, вместо ОБЖ(е)
Поэтов же… отменят всех дурацких
Кого не отменила власть уже
Закрепят на флагштоке, вместо знамя
Трусы, того, кто нынче у руля
Ходить заставят рядом, барабаня
Того, кто не признает курс рубля
А мне плевать, сей бучи я стал выше
За словом не полезу я в карман
С ума сошел, верней… на время вышел
На жизнь смотрю, как на цветной экран
Объявят всем – пропала евро зона
Вернее евро, зона – есть всегда
Её стирать из жизни, нет резона
Без тюрем и судов – стране беда
Бензин уже как доллар, выше даже
Как водка скоро станет по цене
Понять не могут – снизились продажи
Поднять его в цене, хотя б вдвойне!
А мне плевать, сей бучи я стал выше
За словом не полезу я в карман
С ума сошел, верней… на время вышел
На жизнь смотрю, как на цветной экран
Вернусь в свой ум, лет может через девять
Когда верхи начнут с умом дружить
Здесь здравому, простите, не фиг делать
Больному легче факт сей пережить
Вот и все. Конец венчает дело.
А казалось, делу нет конца.
Так покойно, холодно и смело
Выраженье мертвого лица.
Смерть еще раз празднует победу
Надо всей вселенной — надо мной.
Слишком рано. Я ее объеду
На последней, мертвой, на кривой.
А пока что, в колеснице тряской
К Митрофанью скромно путь держу.
Колкий гроб окрашен желтой краской,
Кучер злобно дергает вожжу.
Шаткий конь брыкается и скачет,
И скользит, разбрасывая грязь,
А жена идет и горько плачет,
За венок фарфоровый держась.
— Вот и верь, как говорится, дружбе:
Не могли в последний раз прийти!
Говорят, что заняты на службе,
Что трамваи ходят до шести.
Дорогой мой, милый мой, хороший,
Я с тобой, не бойся, я иду...
Господи, опять текут калоши,
Простужусь, и так совсем в бреду!
Господи, верни его, родного!
Ненаглядный, добрый, умный, встань!
Третий час на Думе. Значит, снова
Пропустила очередь на ткань. —
А уж даль светла и необъятна,
И слова людские далеки,
И слились разрозненные пятна,
И смешались скрипы и гудки.
Там, внизу, трясется колесница
И, свершая скучный долг земной,
Дремлет смерть, обманутый возница,
С опустевшим гробом за спиной.
Сентябрь 1906
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
