...Молчи, небесное стило- душевных мук наперстник тайный.
Нас расстоянье рассекло ( на юг и север). Но случайно,
Мне север мрачный. Вам же- юг, где моря шум и запах йода.
Там розоватый, легкий бук сжигают в печках год от года,
Что для уюта и тепла живут в ухоженных гостиных.
И собирается зола, как время, в ящике каминном.
Там персик под окном цветет; И в роскоши тепла и неги,
там черный виноград растет.(Есть чудо в редком, мокром снеге
На час, на два.) Небесный свод щедрее солнцем. Легче выси.
Там вдохновение поет в дыханье моря, шуме листьев,-
где так естественно дышать соленым ветром в брызгах моря,
где можно просто жить, мечтать. (И с монотонностью не споря,
Стихи на берегу слагать.
И на податливом песке, нагретом уходящим солнцем,
ночами их луне читать, а спать немного, как придется,
в своем саду и в гамаке…) И может быть, сложив котомку,
Податься в горы налегке, однажды утром, вслед за солнцем.
Мне- север. Ветер и зима почти семь месяцев упрямых,
В заносах снежных. Мне- "тюрьма домашняя", с глинтвейном пряным,
Среди задумчивых котов, с овчаркой, что приходит греться
К камину... Здесь засилье льдов хандрой сжимает ночью сердце.
Здесь красноватая луна странна, огромна... вечерами
парит. Здесь видно из окна Венеру, что в ночи часами
прекрасной синею " звездой", смущает яркостью и формой.
Здесь сумерки одни со мной, да тьма оконная, да шторы.
А холод, льющийся с небес арктическим антициклоном,
Воспринимается как «крест»: За что мне это в мире сонном ?
Вот почему я так томлюсь о береге, соленых вОлнах.
Мои мечты- волна и грусть, они твоей природой пОлны.
Они отчетливо с тобой смешались в предвкушеньи лета…
Разделены навек судьбой юг с севером,- как две планеты.
Отказом от скорбного перечня - жест
большой широты в крохоборе! -
сжимая пространство до образа мест,
где я пресмыкался от боли,
как спившийся кравец в предсмертном бреду,
заплатой на барское платье
с изнанки твоих горизонтов кладу
на движимость эту заклятье!
Проулки, предместья, задворки - любой
твой адрес - пустырь, палисадник, -
что избрано будет для жизни тобой,
давно, как трагедии задник,
настолько я обжил, что где бы любви
своей не воздвигла ты ложе,
все будет не краше, чем храм на крови,
и общим бесплодием схоже.
Прими ж мой процент, разменяв чистоган
разлуки на брачных голубок!
За лучшие дни поднимаю стакан,
как пьет инвалид за обрубок.
На разницу в жизни свернув костыли,
будь с ней до конца солидарной:
не мягче на сплетне себе постели,
чем мне - на листве календарной.
И мертвым я буду существенней для
тебя, чем холмы и озера:
не большую правду скрывает земля,
чем та, что открыта для взора!
В тылу твоем каждый растоптанный злак
воспрянет, как петел ледащий.
И будут круги расширятся, как зрак -
вдогонку тебе, уходящей.
Глушеною рыбой всплывая со дна,
кочуя, как призрак - по требам,
как тело, истлевшее прежде рядна,
как тень моя, взапуски с небом,
повсюду начнет возвещать обо мне
тебе, как заправский мессия,
и корчится будут на каждой стене
в том доме, чья крыша - Россия.
июнь 1967
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
