Не поразив, не спутав строки,
не опалив лицом лица,
прошла как боль к черте далёкой,
в свой мир без края и конца...
Сквозняк - и настежь! Хлопнет ставень.
Листнёт альбом - и на балкон,
где над притихшими лесами
слепит и жжёт угрюмый пламень
тысячетонных облаков.
О, как просторно травы гнутся!
В слепящий, предгрозовый свет
не посмотреть, не оглянуться...
А после - разве разберутся?
Ушла - и в травах сгинул след.
О, как стремительно душа
вдруг стала расправляться с лишним!
С какою силою он сжал
обычное теченье жизни!
Как вдохновенно начал жить
уже от пропасти в минуте,
за шаг до обнажённой сути,
за миг на рвущуюся нить!
Я пил с Мандельштамом на Курской дуге.
Снаряды взрывались и мины.
Он кружку железную жал в кулаке
и плакал цветами Марины.
И к нам Пастернак по окопу скользя,
сказал, подползая на брюхе:
«О, кто тебя, поле, усеял тебя
седыми майорами в брюках?»
...Блиндаж освещался трофейной свечой,
и мы обнялися спросонок.
Пространство качалось и пахло мочой —
не знавшее люльки ребенок.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
