Давай устроим пати,
здесь, прямо на кровати,
Ты – лакомый кусочек,
я – ласковый гурман.
Ты – мой тысячелистник,
смакую каждый листик -
в нём соки пьяных истин
и сладостный обман.
Ты - арти-шок! Ты – чудо,
изысканное блюдо,
с причудливым гарниром…
Сольёмся же - пока
не затрепещет сердце,
от пряностей и перца
и прочих – дивных - специй…
…и задрожит рука,
касаясь тёплой кожи…
И ты - ответишь дрожью,
в руках отяжелеешь…
…пора гасить огни…
Блаженная усталость
навалится… осталась
единственная малость -
- закройся… и… усни….
Но утром…! Снова пати!
Здесь, прямо на кровати!
А, впрочем, почему бы
не здесь, а на столе.
А можно… - в старом кресле,
или в шезлонге, если…
Ах, главное, что - вместе…
любимый мой.. Рабле…
Все слова, что я знал, — я уже произнес.
Нечем крыть этот гроб-пуховик.
А душа сколько раз уходила вразнос,
столько раз возвращалась. Привык.
В общем. Царствие, брат, и Небесное, брат.
Причастись необманной любви.
Слышишь, вечную жизнь православный обряд
обещает? — на слове лови.
Слышишь, вечную память пропел-посулил
на три голоса хор в алтаре
тем, кто ночь продержался за свой инсулин
и смертельно устал на заре?
Потерпеть, до поры не накладывать рук,
не смежать лиловеющих век —
и широкие связи откроются вдруг,
на Ваганьковском свой человек.
В твердый цент переводишь свой ломаный грош,
а выходит — бессмысленный труд.
Ведь могильщики тоже не звери, чего ж,
понимают, по курсу берут.
Ты пришел по весне и уходишь весной,
ты в иных повстречаешь краях
и со строчной отца, и Отца с прописной.
Ты навеки застрял в сыновьях.
Вам не скучно втроем, и на гробе твоем,
чтобы в грех не вводить нищету,
обломаю гвоздики — известный прием.
И нечетную розу зачту.
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
