захлопнул дверь, закрыл на ключ.
стучу-стучу,
но не пробиться.
топчусь замёрзшей жалкой птицей,
звучит царапаньем карниз.
мой мир завис,
и время встало,
и мёртвый штиль -
зеро, ноль баллов -
ток волн любых остановил.
твой взгляд ресницами зашторен,
и гулких звонов колоколен
я избегаю и хочу,
но всё ж молчу.
твоя вселенная закрыта.
дотрагиваюсь до руки -
она тепла, нежна, безвольна.
я понимаю: даже школьным
звонком, что улицу трясёт,
мне не попасть в твои пенаты,
где я – нон грата.
нон грата? я? так мы раздельны?
ещё нас можно разнести,
разнять и алгеброй поверить?
мы не одно, а параллельны?
есть пограничные мосты,
таможня, занавес железный?
«музыку я разъял как труп»…
быть каждый сам себе Сальери,
отрезать такты флейт и труб,
а скрипки запереть в вольере,
и нас-симфонию рассыпать
на две отдельных стопки нот,
альтовый ключ вонзив в живот…
но солнце так усердно бьёт
в окно слепыми кулаками,
так голосист синичий слёт
под вымытыми небесами,
так нитей между нами дрожь
от напряжения устала -
и ты рукой ко мне идёшь,
и хлынул щедрый летний дождь
растаявшего металла.
Свиданий наших каждое мгновенье
Мы праздновали, как богоявленье,
Одни на целом свете. Ты была
Смелей и легче птичьего крыла,
По лестнице, как головокруженье,
Через ступень сбегала и вела
Сквозь влажную сирень в свои владенья
С той стороны зеркального стекла.
Когда настала ночь, была мне милость
Дарована, алтарные врата
Отворены, и в темноте светилась
И медленно клонилась нагота,
И, просыпаясь: "Будь благословенна!" -
Я говорил и знал, что дерзновенно
Мое благословенье: ты спала,
И тронуть веки синевой вселенной
К тебе сирень тянулась со стола,
И синевою тронутые веки
Спокойны были, и рука тепла.
А в хрустале пульсировали реки,
Дымились горы, брезжили моря,
И ты держала сферу на ладони
Хрустальную, и ты спала на троне,
И - боже правый! - ты была моя.
Ты пробудилась и преобразила
Вседневный человеческий словарь,
И речь по горло полнозвучной силой
Наполнилась, и слово ты раскрыло
Свой новый смысл и означало царь.
На свете все преобразилось, даже
Простые вещи - таз, кувшин,- когда
Стояла между нами, как на страже,
Слоистая и твердая вода.
Нас повело неведомо куда.
Пред нами расступались, как миражи,
Построенные чудом города,
Сама ложилась мята нам под ноги,
И птицам с нами было по дороге,
И рыбы подымались по реке,
И небо развернулось пред глазами...
Когда судьба по следу шла за нами,
Как сумасшедший с бритвою в руке.
1962
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
