"... В этой жизни, шери, все до боли тленно..." ( (geen)
"...В этой жизни, шери, все, до боли тленно.
Да и после нее все, как есть, истлеет.
Кто-то станет мудрее, а кто-то злее.
Мон ами, я скажу тебе откровенно:
В глубине живота все свой вес имеет,
а точнее, ничто не имеет веса,
кроме боли, хоть бога пытай, хоть беса..." (geen)
---------------------------------------
(по мотивам) :
Ах, mon cheri, для сожалений повод
Легко найти, когда не зная брода,
петляешь по путям. Но фальши кроме
Встречаешь перекрестки и перроны,
Да дальних поездов уют призывный,
пейзажи, проплывающие мимо,
Да мусор, да бумажную обертку.
Все это, mon cheri ( плюс сплин и водка).
Не ври себе, что ты не знал концовки.
(В спектакле жизни сцена для массовки
Любезно предоставлена в начале).
Где неизбежны страсти и печали,
там ход сюжета скрыт на время тайной.
А ясность мысли гасит взор случайный-
Соседки по купэ… Там ближе к ночи
моральный кодекс странен и непрочен.
И ужин длинный в зале ресторанном
Не выглядит двусмысленно и странно.
Ах, mon ami, дарите розы дамам
И пейте красное, пока ещё плодами
Не оскудел уют… Пока Вы сами
На перекрестках этих, с тормозами
Прохожих провожаете глазами…
А время, отведенное надеждам,
Легко отдать на променад небрежный
По чьим-то паркам, цветникам, гостинным…
В единоборстве, как на поле минном,
Со взглядом глаз зеленых ( или синих)...
----------------------------------------
Как предсказуемы банальные сюжеты
Привычных ссор, извечных заморочек,
Так все равно дороге- где ты, кто ты...
На перепутье новых снов и строчек
Найдешь сюжет какой-то драмы старой-
Потомками в ремейке повторенной-
написанной для бубна и гитары…
( Ты как и все, давно приговоренный
К метаниям и поискам причалов,
крушениям и страхам одиночек
и к смене идеалов и вокзалов
и к перебору струн и слов и строчек… )
Двенадцать лет. Штаны вельвет. Серега Жилин слез с забора и, сквернословя на чем свет, сказал событие. Ах, Лора. Приехала. Цвела сирень. В лицо черемуха дышала. И дольше века длился день. Ах Лора, ты существовала в башке моей давным-давно. Какое сладкое мученье играть в футбол, ходить в кино, но всюду чувствовать движенье иных, неведомых планет, они столкнулись волей бога: с забора Жилин слез Серега, и ты приехала, мой свет.
Кинотеатр: "Пираты двадцатого века". "Буратино" с "Дюшесом". Местная братва у "Соки-Воды" магазина. А вот и я в трико среди ребят - Семеныч, Леха, Дюха - рукой с наколкой "ЛЕБЕДИ" вяло почесываю брюхо. Мне сорок с лихуем. Обилен, ворс на груди моей растет. А вот Сергей Петрович Жилин под ручку с Лорою идет - начальник ЖКО, к примеру, и музработник в детсаду.
Когда мы с Лорой шли по скверу и целовались на ходу, явилось мне виденье это, а через три-четыре дня - гусара, мальчика, поэта - ты, Лора, бросила меня.
Прощай же, детство. То, что было, не повторится никогда. "Нева", что вставлена в перила, не более моя беда. Сперва мычишь: кто эта сука? Но ясноокая печаль сменяет злость, бинтует руку. И ничего уже не жаль.
Так над коробкою трубач с надменной внешностью бродяги, с трубою утонув во мраке, трубит для осени и звезд. И выпуклый бродячий пес ему бездарно подвывает. И дождь мелодию ломает.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
