пара туфелек узких на лентах:
кукольные? или к балету
заготовкой пуантов из лепестковой ткани,
для кокетства с паркетом в мазурке и падеспани,
облачение крошечных стоп сильфиды,
котильонные лодочки для Киприды
петербургских балов – миг услады сноба,
горсть пыльцы, эфир, а не обувь.
дунешь – взовьются палевой бабочкой.
разве в таких уместятся пальчики,
пяточки - что-либо плотски плотное,
разве что отзвуки волн – кстати, вот они:
волосы Мойки под гребнем моста изогнутым
вьются к гранитным плечам берегов под окнами.
было ль шуршание платья и лёгкое эхо голоса,
рука под браслетным кораллом розовым,
взгляда неясный вектор, лиана талии,
чистая строгость ликов мадонн Италии,
мрамор ключиц в прожилках тончайших вен -
всё, что сводило с ума, уводило в плен,
то, что отплакав и отстрадав, превратилось в тлен,
вздох лишь оставив свой, лотос над дельтой Леты -
туфелек узких пару на узких лентах.
Вполне возможно, что стопа и была очень узкой, чуть удлинённой ( у такого типа подошвы не растут косточки, это счастливая стопа) и от этого казалась маленькой. Но размер, мне кажется, минимум 37. Иначе непропорционально. Дама была высокая. А обувь действительно делали чудную - лёгкую, изящную,эфемерную прямо, в аккурат порхать по паркету. Как и всю другую одежду.Да-с, в наш огрубевший век нам этого не понять. В кроссовках как-то сподручнее топать по асфальту.:)
Пожалуйста,шепни мне твое имя-хочу обращаться к друзьям по имени.Стих понравился,хотя от тебя жду другого инокомыслия.Твой друг Мераб
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Э. Ларионова. Брюнетка. Дочь
полковника и машинистки. Взглядом
она напоминала циферблат.
Она стремилась каждому помочь.
Однажды мы лежали рядом
на пляже и крошили шоколад.
Она сказала, поглядев вперед,
туда, где яхты не меняли галса,
что если я хочу, то я могу.
Она любила целоваться. Рот
напоминал мне о пещерах Карса.
Но я не испугался.
Берегу
воспоминанье это, как трофей,
уж на каком-то непонятном фронте
отбитый у неведомых врагов.
Любитель сдобных баб, запечный котофей,
Д. Куликов возник на горизонте,
на ней женился Дима Куликов.
Она пошла работать в женский хор,
а он трубит на номерном заводе.
Он – этакий костистый инженер...
А я все помню длинный коридор
и нашу свалку с нею на комоде.
И Дима – некрасивый пионер.
Куда все делось? Где ориентир?
И как сегодня обнаружить то, чем
их ипостаси преображены?
В ее глазах таился странный мир,
еще самой ей непонятный. Впрочем,
не понятый и в качестве жены.
Жив Куликов. Я жив. Она – жива.
А этот мир – куда он подевался?
А может, он их будит по ночам?..
И я все бормочу свои слова.
Из-за стены несутся клочья вальса,
и дождь шумит по битым кирпичам...
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.