Меня кормили все и всем.
Лишь только стоило по-правильному пискнуть
И ровно сесть, как тут же ем
Хрустящий хрящик, шкурку от сосиски,
Кусочек маленький дор-блю…
Но всё же, наклонясь над миской,
Я больше всех хозяина люблю.
Он очень верно чешет брюхо мне,
Непревзойдённо пожимает морду.
Я начинаю чувствовать породу,
Брыкаюсь, лёжа на спине.
Конечно, он как солнце – не без пятен,
Но даже дым хозяина мне сладок и приятен.
А только выведу хозяина гулять я,
Я забываю и его, и семью.
Я предаюсь свободе и веселью.
Я нюхаю следы собратьев.
Вот это – забияка подворотный;
Пёс так себе, но запах благородный.
А этот? Юноша, и опыта не густо.
А тут? Вчерашнее, но сколько вольнодумства!
А! Это ты нагадил поутру
На месте на моём обжитом!
При первом случае я пасть тебе порву,
Не будь я Джипом!
И я сбежал, я смылся, я свалил
К знакомым псам и всяким.
Как хорошо, когда вокруг свои –
Собаки.
Джип был вполне самодостаточен, чтобы говорить от первого лица.
Был... Свалил, значит, к своим. Эх, жалко!..
Но утром-то я его нашёл!
Джип даже немножко обрадовался...
моя собака обожала ездить в коляске мотоцикла- огромный пёс-европейская овчарка-разрешал надеть ему на голову шлем))) как он гордо восседал... а умер за день до папиной смерти... что-то это я о грустном... стих у Вас замечательный!
Тася, Джип в машине всегда внимательно смотрел вперёд и пунктуально облаивал всех кошек, мотоциклистов и гаишников.)))
Джипка!Миляга, пёс собачий пришёл!))))))) Будет "Хочу на небо"?
Будет, Ксана, обязательно.
А пока вот посмотрите "Зубы" - их вы, по-моему, не видели.
Помещу здесь, не отдельно же.
Телекинез.
Телекинеза вот пример:
Сближаются два тела.
Джип на ворону посмотрел -
Ворона улетела.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Вот и все. Конец венчает дело.
А казалось, делу нет конца.
Так покойно, холодно и смело
Выраженье мертвого лица.
Смерть еще раз празднует победу
Надо всей вселенной — надо мной.
Слишком рано. Я ее объеду
На последней, мертвой, на кривой.
А пока что, в колеснице тряской
К Митрофанью скромно путь держу.
Колкий гроб окрашен желтой краской,
Кучер злобно дергает вожжу.
Шаткий конь брыкается и скачет,
И скользит, разбрасывая грязь,
А жена идет и горько плачет,
За венок фарфоровый держась.
— Вот и верь, как говорится, дружбе:
Не могли в последний раз прийти!
Говорят, что заняты на службе,
Что трамваи ходят до шести.
Дорогой мой, милый мой, хороший,
Я с тобой, не бойся, я иду...
Господи, опять текут калоши,
Простужусь, и так совсем в бреду!
Господи, верни его, родного!
Ненаглядный, добрый, умный, встань!
Третий час на Думе. Значит, снова
Пропустила очередь на ткань. —
А уж даль светла и необъятна,
И слова людские далеки,
И слились разрозненные пятна,
И смешались скрипы и гудки.
Там, внизу, трясется колесница
И, свершая скучный долг земной,
Дремлет смерть, обманутый возница,
С опустевшим гробом за спиной.
Сентябрь 1906
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.