Что проще может быть на жизненном пути,
Чем к другу взять да и домой прийти.
Он скажет: «Что за рожа!»
Он скажет, что носки мои протухли,
Но кинет тапки и предложит
На табурете посидеть на кухне.
И положив в тарелки пожевать,
Мы примемся воспоминать.
А меж тарелок (отодвинь-ка на фиг)
Разложим несколько тогдашних фотографий.
На этих фотках серый свет ложится
На наши небольшие ровненькие лица.
А у меня чего-то там под носом.
На нас штаны и курточки с начёсом.
Тогда ходили в разных сочетаньях
Ко мне, к Горшкову, к тёте Тане.
Мы вспомним Юрку – он умерший
Лет двадцать уж, не меньше…
А после тренировок, если сыро или жарко,
Мы шлялись в гости этаким подарком.
То чай у телевизора нагреет нам
Святая София Сергеевна,
А то газетой стол накроет
Начитанный Окроев.
А что, мы неплохими были парнями,
Когда в свой срок мы уходили в армию.
За наших девок мы, конечно, волновались,
Но призывались…
Вдруг пауза в словах.
Мы что-то, боже мой, забыли.
Мы смотримся почти как голубые.
Включаю свет, чтоб не сидеть впотьмах.
А помнишь, вынесли в пелёнках белых, типа шейха -
Мордёнка с яблочко, и никаких особенных примет.
Но эта слабая наморщенная шейка…
Но эта пяточка в квадратный сантиметр…
…У ней тогда был сильный ларингит…
Теперь придёт и сразу обхамит.
Зато посуду всю домоет…
Нет, я детьми доволен.
А помнишь, черноплодку собирали мы на даче…
Вдруг он увидит: Дима спит.
Мой друг меня уложит. Посидит.
И, я так думаю, заплачет.
В сырой наркологической тюрьме, куда меня за глюки упекли, мимо ребят, столпившихся во тьме, дерюгу на каталке провезли два ангела — Серега и Андрей, — не оглянувшись, типа все в делах, в задроченных, но белых оперениях со штемпелями на крылах.
Из-под дерюги — пара белых ног, и синим-синим надпись на одной была: как мало пройдено дорог... И только шрам кислотный на другой ноге — все в непонятках, как всегда: что на второй написано ноге? В окне горела синяя звезда, в печальном зарешеченном окне.
Стоял вопрос, как говорят, ребром и заострялся пару-тройку раз. Единственный-один на весь дурдом я знал на память продолженья фраз, но я молчал, скрывался и таил, и осторожно на сердце берег — что человек на небо уносил и вообще — что значит человек.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
