Нет никакого течения времен, имхо. Потому что время неодинаково - даже для одного человека, а тем более, для разных людей. Следовательно, движется не оно, а мы. И с разными - меняющимися - скоростями.
Макс, я если правильно понял, то Петрович имеет в виду времена в смысле эпохальном - не для одного человека, а для народа, или даже для народов, для человечества. Мол одна эпоха сменяет другую.
Может и так, Кот. Только тогда стих еще меньше выстраивается у меня во что-то цельное.
На самом деле, хотя на первый взгляд кажется, что авторская мысль растекается, идея здесь понятна: мы в суете нынешнего века ушли от традиционных ценностей, в т.ч. христианских. В этой суете, в погоне за успехом и т.д. мы забываем о главном. Но, времена меняются, одна эпоха сменяет другую, а вечное остается.
Еще мне показалось, что имеет место спор с великими немецкими философами конца позапрошлого века (Ницше, Шопенгауэр), которые провозглашали, мол Бог умер, главное – это воля и т.п.
Прошу извинить - вовремя не среагировал. Спасибо за мнение. Я тогда, когда писал, делал упор скорее на: "воли нет". А времена меняются - даже слишком быстро для меня, то есть, в моём понятии, текут равнодушно к моему существованию и мнению, как река.
Грешите, Петрович, грешите, сами знаете чем... ). Да и крыльев что-то многовато в начале, ну, понятно, "глаз" то уж совсем как-то... Не сердитесь, я - честно.)
Не... зачем же - сердиться! Не понял только. Если можно, Наташа, поясните!
Если бы мне предложили угадать, чей это стих, я бы сказала: Блок, что ли? И стала бы гадать, мог ли Блок уже знать о рентгеновском аппарате. Он, вообще то, любил всякие современные научные штучки упоминать. Ритмика (Например, «В кабаках, в переулках, в извивах, в электрическом сне наяву…»), лексика, настроение. Только огрублённый Блок. Вы, наверное, выбирали рентгеновских глаз, или рентгеновских крыл? Первое – пошловато, второе нелепо. Вы выбрали «нелепо». Думаю, что Блок выбрал бы «пошловато», если бы вообще пошел на такое прямое сравнение. Первое четверостишие очень уж отдает и курятником («крылья» – достали), и рентгеновским кабинетом, одновременно. «Мы» («наши» души) в стихе – это кто? Блок, по-моему, не делал таких широких обобщений, под «мы» у него подразумевается всегда определенная группа людей, а не вообще «мы». Меня, честно, такое, как у вас, «мы»_ всегда мучает, начинаю невольно на себя примерять и сопротивляюсь. Обычно оно встречается у новичков – поэтов. имхо. В конце «вековой звон – теченье времён» опять, как и "крылья", мучают привычным штампом. Философская составляющая, которая, видимо, и пришлась по душе Коту, меня, честно, не поразила ни новизной, ни оригинальность, показалась риторической, оторванной от главной линии стиха, а именно, от переживания «расставаться». Кстати, не ясно, о каком расставании идёт речь. Мне кажется, если бы я это точно поняла, может быть, и стих восприняла иначе. Но, главное, вас в стихе я не слышу, какая угодно подпись могла бы быть под стихом (Иванов, Петров, и т. п.) имхо. Извините, Андрей, что без реверансов, очень спешу, честно. Вы знаете, как я вас ценю. Послезавтра исчезну, надолго.
Спасибо, Наташа! Качественный разбор. Наверное, Вы во многом правы. Будет время - посмотрю на фоне вашего комментария. Если Вы правы, запишем себе минус.
Спасибо!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Под насыпью, во рву некошенном,
Лежит и смотрит, как живая,
В цветном платке, на косы брошенном,
Красивая и молодая.
Бывало, шла походкой чинною
На шум и свист за ближним лесом.
Всю обойдя платформу длинную,
Ждала, волнуясь, под навесом.
Три ярких глаза набегающих -
Нежней румянец, круче локон:
Быть может, кто из проезжающих
Посмотрит пристальней из окон...
Вагоны шли привычной линией,
Подрагивали и скрипели;
Молчали желтые и синие;
В зеленых плакали и пели.
Вставали сонные за стеклами
И обводили ровным взглядом
Платформу, сад с кустами блеклыми,
Ее, жандарма с нею рядом...
Лишь раз гусар, рукой небрежною
Облокотясь на бархат алый,
Скользнул по ней улыбкой нежною,
Скользнул - и поезд в даль умчало.
Так мчалась юность бесполезная,
В пустых мечтах изнемогая...
Тоска дорожная, железная
Свистела, сердце разрывая...
Да что - давно уж сердце вынуто!
Так много отдано поклонов,
Так много жадных взоров кинуто
В пустынные глаза вагонов...
Не подходите к ней с вопросами,
Вам все равно, а ей - довольно:
Любовью, грязью иль колесами
Она раздавлена - все больно.
14 июня 1910
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.