Ой, мама, твой растаман уходит на пенсию.
Я знаю, мама, тебе станет лучше.
Он больше не тот, кто заставлял тебя
Сомневаться, что когда-нибудь будет другое.
Твой мир стал меньше, но мир сталь лучше,
Не надо искать того, кого не было, мама.
Мир стал меньше, удобней искать.
Я знаю, я знаю, мама, - моё сердце не камень -
Ты не спала ночами, ждала…
Ждала, когда твой растаман вернется сыном.
Когда камень превратиться в пепел,
Когда огонь превратится в воду,
Тогда твой сын возвратится.
А ты ждала, ждала, мама.
Ты ждала, мама.
Ой, мама, мама, ты жила тревогой.
Тревога, надежда - женское счастье?
Мир должен быть лучше. Конечно же, мама.
Мир обязан стать лучше.
Обязан стать лучше,
Когда растаман выйдет на пенсию,
Мир обязан стать лучше.
Доверься и слушай,
Только доверься и слушай -
И голубь взлетит.
Когда голубь взлетит - мир станет лучше,
Конечно же сразу, мир станет лучше.
Иначе зачем твои слезы?
Иначе зачем взлетит голубь?
Иначе зачем этот мир?
И кто ответит за это?
Кто ответит за то,
Что ты ждала, мама,
Что мир станет лучше?
На то он и мир. На то ты и мама.
Со временем договоримся,
Твой растаман возвратился домой.
Как таксист, на весь дом матерясь,
за починкой кухонного крана
ранит руку и, вытерев грязь,
ищет бинт, вспоминая Ивана
Ильича, чуть не плачет, идет
прочь из дома: на волю, на ветер -
синеглазый худой идиот,
переросший трагедию Вертер -
и под грохот зеленой листвы
в захламленном влюбленными сквере
говорит полушепотом: "Вы,
там, в партере!"
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
