Еще не выстыл сонный дом,
Шуршит водою заоконье,
А мне приснилось сердце конье,
И всхрап, и ржание. Бочком
Ударам в такт небесный лоб
Навстречу прыгает, кренится.
Гнедая, вздрогнув, станет птицей –
Рванёт, и медленный галоп
Скорей: – Быстрее, Ласка, хоп!
И всё исчезло. Только слепнем
Жужжит: – Упасть назло молебнам,
Забить копытом в узкий гроб… –
Отстань, проклятый! Всё путём!
Поток сознанья выдул мысли –
Столбами поодаль зависли.
Остались с лошадью вдвоём
Наедине – она и я,
И хрип из глотки, мышц напруга,
И давит узкая подпруга,
И держит узами земля.
И Ласка, чуткая ко мне,
Ровней дорогу выбирает,
И постепенно ускоряет
Полёт.
Записки из мертвого дома,
Где все до смешного знакомо,
Вот только смеяться грешно —
Из дома, где взрослые дети
Едва ли уже не столетье,
Как вены, вскрывают окно.
По-прежнему столпотвореньем
Заверчена с тем же терпеньем
Москва, громоздясь над страной.
В провинции вечером длинным
По-прежнему катится ливнем
Заливистый, полублатной.
Не зря меня стуком колесным —
Манящим, назойливым, косным —
Легко до смешного увлечь.
Милее домашние стены,
Когда под рукой — перемены,
И вчуже — отчетливей речь.
Небось нам и родина снится,
Когда за окном — заграница,
И слезы струятся в тетрадь.
И пусть себе снится, хвороба.
Люби ее, милый, до гроба:
На воле — вольней выбирать...
А мне из-под спуда и гнета
Все снится — лишь рев самолета,
Пространства земное родство.
И это, поверь, лицедейство —
Что будто бы некуда деться,
Сбежать от себя самого.
Да сам то я кто? И на что нам
Концерты для лая со шмоном —
Наследникам воли земной?
До самой моей сердцевины
Сквозных акведуков руины,
И вересковые равнины,
И — родина, Боже Ты Мой...
1983
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
