Видали вы
Грамил нечесаных,
Незадававшихся
Любви вопросами.
Руками грубыми
За бедра лапали,
Не очень умные,
Зато богатые.
Снимайте юбочки,
Любите мальчиков,
Целуйте в губочки,
Ведь все оплачено.
Ну, что ты, милая,
Играешь паечку?
Не зови теперь
Родную мамочку.
Раздела трусики
Не рано ль, девочка?
И проституткою
Стала копеечной.
Побои пудрила
И броско красилась.
Ты и не думала
Так зарабатывать.
В «болото белое»
И ручки канули.
И стала, бедная,
Совсем бесплатная.
… Нашли убитую,
Поразвлекалися,
Кровью залитое
Тело продажное.
Так уж заведено,
Конец, как начато.
И не спросил никто,
Ведь все оплачено.
Обычно мне хватает трёх ударов.
Второй всегда по пальцу, бляха-муха,
а первый и последний по гвоздю.
Я знаю жизнь. Теперь ему висеть
на этой даче до скончанья века,
коробиться от сырости, желтеть
от солнечных лучей и через год,
просроченному, сделаться причиной
неоднократных недоразумений,
смешных или печальных, с водевильным
оттенком.
Снять к чертям — и на растопку!
Но у кого поднимется рука?
А старое приспособленье для
учёта дней себя ещё покажет
и время уместит на острие
мгновения.
Какой-то здешний внук,
в летах, небритый, с сухостью во рту,
в каком-нибудь две тысячи весёлом
году придёт со спутницей в музей
(для галочки, Европа, как-никак).
Я знаю жизнь: музей с похмелья — мука,
осмотр шедевров через не могу.
И вдруг он замечает, бляха-муха,
охотников. Тех самых. На снегу.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
