Из дальних странствий
воротилась я домой.
Ну, здравствуй,
дом родной!
Как мал ты стал и покосился,
и прохудился... .
Ишь, паутина по углам.. .
Где я была так долго?
Да... - по делам,
да всё без толка.
А ты? – скрипишь?
Ворчишь, вздыхаешь.. .
Соскучился? Молчишь...
Обиделся… не отвечаешь... .
Помиримся, брат, - не беда,
ведь я вернулась навсегда.
Как в свою будку -
блудный пес.
Ну-ну, не надо только слез –
я – в шутку... .
Не плачешь? – крыша протекла?
Кап-кап – по краешку стола...
Да, не кряхти, ты, - подлатаем...
А если надо – подопрем,
а где-нибудь – и подобьем,
а как-нибудь – и подмандярим…
Смеешься? Так то лучше, брат!
А делал вид, будто не рад.
Вот засверкаешь, как игрушка,
и заживем!
Ах, домик мой - моя избушка -
сундук с добром,
С моим приданым и с наследством,
с моими юностью и с детством,
с моим усталым, старым сердцем -
мой дом...
Мама маршевую музыку любила.
Веселя бесчувственных родных,
виновато сырость разводила
в лад призывным вздохам духовых.
Видно, что-то вроде атавизма
было у совслужащей простой —
будто нет его, социализма,
на одной шестой.
Будто глупым барышням уездным
не собрать серебряных колец,
как по пыльной улице с оркестром
входит полк в какой-нибудь Елец.
Моя мама умерла девятого
мая, когда всюду день-деньской
надрывают сердце “аты-баты” —
коллективный катарсис такой.
Мама, крепко спи под марши мая!
Отщепенец, маменькин сынок,
самого себя не понимая,
мысленно берёт под козырёк.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
