Полдневный сон ладонь завёл за остров.
У парка в реку свалена корма
и ртутный шлейф ползёт за ним до моста,
горя сквозь веки.
Листья и дома
не размыкают душные объятья.
Реки и неба силой не разнять.
И только тень перебирает платья
по улочкам...
где - глянуть, где - примять,
где - ствол обнять, где - многослойной тканью
измыслить складки, выразив мечтанье...
Дорожки есть, но ходят по траве.
Жара - прекрасна!
Облачные зданья
с оконных щёк не смыть,
ни осознаньем
перенести туда, где в синеве
им солнечное место.
Тесной тенью –
где прикоснуться, где шепнуть...
Тесней,
чем на реке смыкаемые звенья,
смыкаются объятия во сне
у молчаливых.
На значки растащит
всю пропасть дня речная благодать.
Всё тише, всё прозрачнее рассказчик!
В жару и бабочек над тенью не поднять.
Ты поила коня из горстей в поводу,
Отражаясь, березы ломались в пруду.
Я смотрел из окошка на синий платок,
Кудри черные змейно трепал ветерок.
Мне хотелось в мерцании пенистых струй
С алых губ твоих с болью сорвать поцелуй.
Но с лукавой улыбкой, брызнув на меня,
Унеслася ты вскачь, удилами звеня.
В пряже солнечных дней время выткало нить.
Мимо окон тебя понесли хоронить.
И под плач панихид, под кадильный канон,
Все мне чудился тихий раскованный звон.
1910
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
