Мы пили терпкое вино,
В хауз-кафе на Камергерском.
Из глаз твоих лилось тепло,
Дымил шашлык по-деревенски.
Приятный дым от сигареты,
Чуть закрывал лицо твоё,
Бесцеремонные студенты,
Последний зритель из кино.
Толпа людей, по сути праздной,
Текла по праздничной Тверской.
И ты была прекрасно-разной,
То вдруг печальной, то чужой.
Но лёгкая твоя надменность,
Спадала, словно пелена,
И от лица теплилась нежность,
И я смотрел в твои глаза.
Твои глаза всегда со мною,
Той зажигательной искрой.
И где б я не был, я с тобою,
Под каблуком, и под пятой.
Видишь, Никито, как крылато племя
Ни землю пашет, ни жнет, ниже сеет;
От руки высшей, однак, в свое время
Пищу, довольну жизнь продлить, имеет.
Лилию в поле видишь многоцветну —
Ни прядет, ни тчет; царь мудрый Сиона,
Однако, в славе своей столь приметну
Не имел одежду. Ты голос закона,
В сердцах природа что от век вложила
И бог во плоти подтвердил, внушая,
Что честно, благо, — пусть того лишь сила
Тобой владеет, злости убегая.
О прочем помысл отцу всемогущу
Оставь, который с облак устремляет
Перуны грозны и бурю, дышущу
Гибель, в приятно ведро обращает.
Что завтра будет — искать не крушися;
Всяк настоящий день дар быть считая,
Себе полезен и иным потщися
Учинить, вышне наследство жадая.
Властелин мира нужду твою знает,
Не лишит пищи, не лишит одежды;
Кто того волю смирен исполняет,
Не отщетится своей в нем надежды.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
