Гениальность – явление не столь редкое, как это нам порой кажется, хотя и не такое частое, как считают историки литературы, историки стран, а тем более газеты
Из огня да в полымя – муторно и жутко.
Пропадай, гуляй, душа, - горе не беда.
Подбери меня шофер – тормозни попутка.
Отвези меня, родной, все равно куда…
Надо мной из домов…
Лес,
Придавивших собой
Дно.
- Петербург, ты здоров?
- Yes…
- Может быть без понтов?
- No!
Виртуальных сердец
Стук.
Бытие, как дурной
Сон.
Это явь, а за ней
Круг
Аномальных и спец-
Зон.
Чудо-город, магнит,
Спрут.
Да коварен рельеф
Дна.
Если ты лишь в словах
Крут,
Твой «Титаник» уйдет…
На…
Под озоновый слой -
Smoke.
Вот такая она
Жесть.
Мегаполисный Hard
Rock.
Просто жизнь, как она
Есть.
- Здравствуй, город! – Привет,
Кент!
- Здесь по-прежнему жив...
Цой?
- И блатарь, и поэт –
В цвет,
Если в невских краях
Свой.
Летний сад, Эрмитаж,
Центр.
Многоликий Петров
Град…
- Ты по мне не скучал?
– Нет.
- А вот я тосковал,
Брат.
Лишь бы жить, лишь бы пальцами трогать,
лишь бы помнить, как подле моста
снег по-женски закидывал локоть,
и была его кожа чиста.
Уважать драгоценную важность
снега, павшего в руки твои,
и нести в себе зимнюю влажность
и такое терпенье любви.
Да уж поздно. О милая! Стыну
и старею.
О взлет наших лиц —
в снегопаданье, в бархат, в пустыню,
как в уют старомодных кулис.
Было ль это? Как чисто, как крупно
снег летит… И, наверно, как встарь,
с январем побрататься нетрудно.
Но минуй меня, брат мой, январь.
Пролетание и прохожденье —
твой урок я усвоил, зима.
Уводящее в вечность движенье
омывает нас, сводит с ума.
Дорогая, с каким снегопадом
я тебя отпустил в белизну
в синем, синеньком, синеватом
том пальтишке — одну, о одну?
Твоего я не выследил следа
и не выгадал выгоды нам —
я следил расстилание снега,
его склонность к лиловым тонам.
Как подумаю — радуг неровность,
гром небесный, и звезды, и дым —
о, какая нависла огромность
над печальным сердечком твоим.
Но с тех пор, властью всех твоих качеств,
снег целует и губит меня.
О запинок, улыбок, чудачеств
снегопад среди белого дня!
Ты меня не утешишь свободой,
и в великом терпенье любви
всею белой и синей природой
ты ложишься на плечи мои.
Как снежит… И стою я под снегом
на мосту, между двух фонарей,
как под плачем твоим, как под смехом,
как под вечной заботой твоей.
Все играешь, метелишь, хлопочешь.
жалься же, наконец, надо мной —
как-нибудь, как угодно, как хочешь,
только дай разминуться с зимой.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
