Тесей, я видел смерть Икара -
Теперь я слеп.
Мне не понять состав металла
Духовных скреп,
Мне не найти цветных кварталов
Забытых вех,
Я помню только взгляд Дедала
Куда-то вверх.
Я знаю только тайну линий
Гранитных бухт,
Я параллелен словно иней
Полей вокруг,
Где бродит полая корова
С луной рогов,
Где солнце всходит словно слово
Из уст богов.
Тесей, я видел смерть Икара,
А значит прав,
Я вертикален словно лава
Цветов и трав,
Я одиозен как отрава
Слепого дня,
Я безысходен как забава -
Убей меня.
Москва бодала местом Лобным,
играючи, не насовсем,
с учётом точным и подробным
педагогических систем.
Москва кормила до отвала
по пионерским лагерям,
с опекою не приставала,
и слово трудное ге-рон-
то-кратия — не знали, зрели,
росли, валяли дурака.
Пройдёшься по сентябрьской прели -
глядишь, придумалась строка.
Непроизвольно, так, от сердца.
Но мир сердечный замутнён
на сутки даденного ксерокса
прикосновением времён.
Опережая на три года
всех неформалов ВКШ,
одну трагедию народа
постигла юная душа.
А нынче что же — руки в брюки,
гуляю, блин, по сентябрю,
ловлю пронзительные звуки
и мысленно благодарю.
1988
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
