Я тебе приберег, тело в белой рубахе из ситца
Опускаю глаза, словно крылья за крепкой спиной
То ли сон, то ли явь, правда, это, а может и снится
Только что-то не то, в этом мире сегодня со мной
Но ломаются сны, о преграды забытых свершений
Люди в черном прошли, чтоб раскрасить в иные тона
Дни и ночи без сна, без чужих и пустых искушений
Или просто вписать, пару строчек в чужие тома
Пусть остатки морей, перельют из под чая в бокалы
Если детство пройдет, для того, кто устал просто ждать
Распахнется душа, будто солнцу цветные коалы
Я не знаю, как ты, я же жду этих дней благодать
Шарик в небо взлетел, чтоб побыть там всего,
………………………………………лишь мгновенье
А потом, с неба пасть, чтобы стать незаметным, как все
Я тебе приберег, среди мыслей, души откровенье
В стройном столбике рифм, неприглядное, в строчку эссе
Кто-то даст нужный знак,
………………….. скроешь тело знакомым пальтишком
Все, что есть, не отверг, и не гаснет надежд уголек
Улыбнешься в ответ, скажешь ласково мне, это слишком
Вот тогда и отдам, что до этого сильно берег
Сижу, освещаемый сверху,
Я в комнате круглой моей.
Смотрю в штукатурное небо
На солнце в шестнадцать свечей.
Кругом - освещенные тоже,
И стулья, и стол, и кровать.
Сижу - и в смущеньи не знаю,
Куда бы мне руки девать.
Морозные белые пальмы
На стеклах беззвучно цветут.
Часы с металлическим шумом
В жилетном кармане идут.
О, косная, нищая скудость
Безвыходной жизни моей!
Кому мне поведать, как жалко
Себя и всех этих вещей?
И я начинаю качаться,
Колени обнявши свои,
И вдруг начинаю стихами
С собой говорить в забытьи.
Бессвязные, страстные речи!
Нельзя в них понять ничего,
Но звуки правдивее смысла
И слово сильнее всего.
И музыка, музыка, музыка
Вплетается в пенье мое,
И узкое, узкое, узкое
Пронзает меня лезвие.
Я сам над собой вырастаю,
Над мертвым встаю бытием,
Стопами в подземное пламя,
В текучие звезды челом.
И вижу большими глазами
Глазами, быть может, змеи,
Как пению дикому внемлют
Несчастные вещи мои.
И в плавный, вращательный танец
Вся комната мерно идет,
И кто-то тяжелую лиру
Мне в руки сквозь ветер дает.
И нет штукатурного неба
И солнца в шестнадцать свечей:
На гладкие черные скалы
Стопы опирает - Орфей.
1921
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
