Мы вернемся из плена, из дня, ослепленного снегом,
От сутулых ворон, сторожащих заброшенный парк.
Мы сбежим из зимы, от сверкающей пропасти неба,
От слезящихся взглядов замерзших бродячих собак.
От снующей толпы, от безличья забеленных окон,
От застывших в тревоге, беззвучных оскалов дверей,
От трамвайных рулад сквозь моторов подавленный рокот,
От нахального ветра на плацах пустых площадей...
Вот и тихий ковчег, неизменно готовый к потопу,
Закипающий чайник вздохнет , захлебнувшись свистком.
Мы задраим все люки, чтоб слышать задумчивый шепот,
Разговор шестеренок в груди этих старых часов...
“О-да-се-вич?” — переспросил привратник
и, сверившись с компьютером, повёл,
чуть шевеля губами при подсчёте
рядов и мест.
Мы принесли — фиалки не фиалки —
незнамо что в пластмассовом горшке
и тихо водрузили это дело
на типовую серую плиту.
Был зимний вполнакала день.
На взгляд туриста, неправдоподобно-
обыденный: кладбище как кладбище
и улица как улица, в придачу —
бензоколонка.
Вот и хорошо.
Покойся здесь, пусть стороной пройдут
обещанный наукою потоп,
ислама вал и происки отчизны —
охотницы до пышных эксгумаций.
Жил беженец и умер. И теперь
сидит в теньке и мокрыми глазами
следит за выкрутасами кота,
который в силу новых обстоятельств
опасности уже не представляет
для воробьёв и ласточек.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
