К постройке времен культа личности с нелепым названием "Радуга"*,
Где бочка стояла оранжевая с короткой надписью "КВАС",
Народ собирался с бидонами и банками разной вместимости,
С простым и понятным желанием - горящие трубы залить.
Являлся тогда я шибздиком - физические характеристики
Имелись совсем неважнецкие, поскольку росточком был мал.
Однако с упорством каменным, достойным лучшего применения,
Терпел я толпу человечую, не меньшую, чем в Мавзолей.
Однажды, на солнце упарившись, я спутал, в другую встал очередь.
Ошибочка - бочка такая же и буквы четыре на ней.
В халате заляпанном тетенька приоткрыла краник, нахмурившись,
Плеснула напитка пенного - так закончилось детство мое.
Хорошее сюжетно, ага. Ритмика чего-то только шалит кое-где. имхо. Почему не подравнять? Чуть бы полегче, постройнее, что ли, сделать текст. Совершенство формы важно в таком стихе само по себе. имхо.
Наташа, тут беда вот в чем - я с этим текстом уже давно знаком, глаз замылился, и мне все складно читается...
правдивый, искренний стиш!
у меня детство почти по такому же сценарию закончилось... ) только название напитка содержало пять букв... с соответствующим "послевкусием", впрочем - вполне закономерным в том возрасте... ) и росточком с сызмальства был - шо та колокольня... ) но, суть - не в том... а в том, что детство-то в тот день ушло...
Владимир, нам несть числа! Кто-то задается вопросом: "Куда уходит детство?", мы может и не знаем "куда", но зато знаем "когда" - это тоже немало.)
как меня твой телефон задолбал!
буду спамить везде, пока не разберешься :Р
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Она пришла с мороза,
Раскрасневшаяся,
Наполнила комнату
Ароматом воздуха и духов,
Звонким голосом
И совсем неуважительной к занятиям
Болтовней.
Она немедленно уронила на пол
Толстый том художественного журнала,
И сейчас же стало казаться,
Что в моей большой комнате
Очень мало места.
Всё это было немножко досадно
И довольно нелепо.
Впрочем, она захотела,
Чтобы я читал ей вслух "Макбета".
Едва дойдя до пузырей земли,
О которых я не могу говорить без волнения,
Я заметил, что она тоже волнуется
И внимательно смотрит в окно.
Оказалось, что большой пестрый кот
С трудом лепится по краю крыши,
Подстерегая целующихся голубей.
Я рассердился больше всего на то,
Что целовались не мы, а голуби,
И что прошли времена Паоло и Франчески.
6 февраля 1908
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.