Комната, стол, дальше стул, вслед за стулом пропасть,
будто Алиса, в зеркале виден рояль.
Если корабль тире самолет вывихнет лопасть,
стоит укутаться в шаль и нажать на педаль
того рояля. Звуки немного остынув,
станут заметными в зеркале. Пропасть и стул,
скорчив столу при плохой перспективе хорошую мину,
дверь приоткрыв, потихонечку выйдут на ул…
и целлюлитом обоев шурша, в задернутых шторах
комната, лопасть схватив, – остального не жаль, –
покинет корабль тире самолет, по причине которых,
будто Алиса, в зеркале виден рояль…
Чувствую себя этой Комнатой...
И мне это ощущение нравится...)
Слава Богу не лопастью)))
Неее... комнатой... А лопасть прихватила, чтобы от некоторых непонятливых товарисчей отмахиваццо... Нужная, надо сказать штука:)
Блин, здорово. Образно, мелодично, а по форме просто мастерское и волшебное.
Не знаю, что ответить, кроме огромного спасибо...
не пойму, Алиса - как рояль, или рояль, как Алиса? в чем их сходство, не пойму? в размере? уж простите тёмную
думаю, Алиса в зазеркалье )
да я в курсе, где Алиса. но согласитесь, чисто текстуально (есть такое слово?) сравнение хрупкой девочки с громоздким роялем выглядит несколько странно. как верно земетили в своём комменте : перемудрено
Думаю, что Рояль как Алиса - из-за корабля-самолёта ))).а как вам "пропасть, будто Алиса"? можно же как угодно прочесть - там и там запятые, настоящего разделения пропасти и Алисы нет. И звуки заметные в зеркале мне тоже не ясны, это уже Бальмонт или Белый. Но автор читает Сергея Шестакова, он на правильном пути.
У каждого, Друг мой,свой путь внезависимости от кого или что он читает,а вот то, что Вы делаеете сравненияя с кембыто или чем бы то ни было,говорит о том, что Вы в начале пути...
Думаю, Pesnya, Вы достаточно опытный поэт для таких вопросов. Значит в нем или плохое настроение или грусть (что опять жеплохое настроение)... Все будет хорошо!))
Ваша молчаливая читательница была здесь и восхищалась!
Бесконечно счастлив, Бухта!!!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Все слова, что я знал, — я уже произнес.
Нечем крыть этот гроб-пуховик.
А душа сколько раз уходила вразнос,
столько раз возвращалась. Привык.
В общем. Царствие, брат, и Небесное, брат.
Причастись необманной любви.
Слышишь, вечную жизнь православный обряд
обещает? — на слове лови.
Слышишь, вечную память пропел-посулил
на три голоса хор в алтаре
тем, кто ночь продержался за свой инсулин
и смертельно устал на заре?
Потерпеть, до поры не накладывать рук,
не смежать лиловеющих век —
и широкие связи откроются вдруг,
на Ваганьковском свой человек.
В твердый цент переводишь свой ломаный грош,
а выходит — бессмысленный труд.
Ведь могильщики тоже не звери, чего ж,
понимают, по курсу берут.
Ты пришел по весне и уходишь весной,
ты в иных повстречаешь краях
и со строчной отца, и Отца с прописной.
Ты навеки застрял в сыновьях.
Вам не скучно втроем, и на гробе твоем,
чтобы в грех не вводить нищету,
обломаю гвоздики — известный прием.
И нечетную розу зачту.
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.