По весне открываются окна чуть-чуть или настежь,
Выпуская сюжеты квартирных историй наружу.
Сквозь москитные сетки ритмично ругается Настя,
Защищая свой мир от всегда раздражённого мужа.
Огрызается Федька на вечный бубнёж бабы Мани,
Не справляясь с бушующим юным весенним гормоном.
Ведь Тамара с Петром, что снимают квартиру под нами,
Веселят и смущают вечерним и утренним стоном.
Слева Ирка пытается жить по режиму младенца,
Разрываясь порой у окна в одиноких рыданьях.
Справа ванна напротив окна, и в одном полотенце
Бродит в поисках счастья самец в перманентных свиданьях.
Рассекречены коды историй живущих в квартире,
Где у каждого свой Дон Жуан и своя Мона Лиза,
Где раскрытые окна в прямом сообщают эфире
Миллионы историй, летящих над каждым карнизом.
Да еще и цыфра не та пошла. Придеца в избранное занести.
Ой, спасибо)))
ух ты... ага, хорошее! :)
прелестно
Спасибо всем за поддержку. Я переживала, очень страшно читать первые отзывы))).
Хороший дебют. Стиль есть. Приходите ещё
нравится, хорошо получилось, спасибо за стихотворение!
блин, нравится, очень хорошее стихотворение, без каких-либо воплей, спокойно, но как-то глубоко. Наверное, очень узнаваемо)
Так приятно. Спасибо Вам.
ух ты, как хорошо... финал только ммм нет там последнего гвоздя или выстрела контрольного, нет
Ага, про контрольный выстрел согласна. Но писалось как-то вот именно так. Сама думала про то, что нет яркой концовки, но не легла она у меня и всё тут.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
На фоне Афонского монастыря
потягивать кофе на жаркой веранде,
и не вопреки, и не благодаря,
и не по капризу и не по команде,
а так, заговаривая, говоря.
Куда повело... Не следить за собой.
Куда повело... Не подыскивать повод.
И тычется тучное (шмель или овод?),
украшено национальной резьбой,
создание и вылетает на холод.
Естественной лени живое тепло.
Истрёпанный номер журнала на пляже
Ты знаешь, что это такое. Число
ушедших на холод растёт, на чело
кладя отпечаток любви и пропажи,
и только они, и ещё кофейку.
И море, смотри, ни единой медузы.
За длинные ноги и чистые узы!
Нам каяться не в чем, отдай дураку
журнал, на кавказском базаре арбузы,
и те, по сравнению с ним на разрез —
белее крыла голодающей чайки.
Бессмысленна речь моя в противовес
глубоким речам записного всезнайки,
с Олимпа спорхнул он, я с дерева слез.
Я видел, укрывшись ветвями, тебя,
я слышал их шёпот и пение в кроне.
И долго молчал, погружённый в себя,
нам хватит борозд на господней ладони,
язык отпуская да сердце скрепя.
1988
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.