Нет заблужденья нелепей, чем это –
Влюбиться в побитого молью поэта.
Жизни его верстовые столбы,
Считая дурацкой насмешкой судьбы.
Как мог он всю жизнь без меня обходиться,
Как мог, по ночам испещряя страницы,
Другой без остатка себя посвящать,
А мне бы хватило гвоздя от плаща,
Как некогда спела старушка Новелла.
Уж я бы его успокоить сумела!
Словами, руками, горячим чайком,
А недругов всех придушила б тайком.
Но выпало так: до него добегаю,
Закуску на стол собирать помогаю,
Чужая и другу его, и врагу,
И больше, чем есть,
Обещать не могу...
Люблю я приют ваш печальный,
И вечер деревни глухой,
И за летом благовест дальный,
И кровлю, и крест золотой.
Люблю я немятого луга
К окну подползающий пар,
И тесного, тихого круга
Не раз долитой самовар.
Люблю я на тех посиделках
Старушки чепец и очки;
Люблю на окне на тарелках
Овса золотые злачки;
На столике близко к окошку
Корзину с узорным чулком,
И по полу резвую кошку
В прыжках за проворным клубком;
И милой, застенчивой внучки
Красивый девичий наряд,
Движение бледненькой ручки
И робко опущенный взгляд;
Прощанье смолкающих пташек
И месяца бледный восход,
Дрожанье фарфоровых чашек
И речи замедленный ход;
И собственной выдумки сказки,
Прохлады вечерней струю
И вас, любопытные глазки,
Живую награду мою!
1842
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
