Здравствуй, мой друг заочный, возможно поздно
буквами пачкать лист, а планету скорбью.
Скольких, как мы с тобой отпевали розно,
скольким суглинок в печень и к изголовью?
Я не к тому, что зонт, не к тому, что ливень,
я не к тому, чтоб почву точить когтями –
это у Спилберга есть непонятный Стивен.
Ты мне скажи: бывало, чтоб ты горстями
жар загребал и плевал в потолок с дивана,
цыкал зубами от аntinori брюквой;
может от ожидания чистогана
ты позабыл, как слогом владеть и буквой?
Если бы так, то ты бы не был Страшилой,
я – Гудрым Мудвином, что до красна не греет.
Друг мой заочный, позволь мне поставить ссылку
в эту вселенную, где твой цветок алеет…
Штрихи и точки нотного письма.
Кленовый лист на стареньком пюпитре.
Идет смычок, и слышится зима.
Ртом горьким улыбнись и слезы вытри,
Здесь осень музицирует сама.
Играй, октябрь, зажмурься, не дыши.
Вольно мне было музыке не верить,
Кощунствовать, угрюмо браконьерить
В скрипичном заповеднике души.
Вольно мне очутиться на краю
И музыку, наперсницу мою, -
Все тридцать три широких оборота -
Уродовать семьюдестью восьмью
Вращениями хриплого фокстрота.
Условимся о гибели молчать.
В застолье нету места укоризне
И жалости. Мне скоро двадцать пять,
Мне по карману праздник этой жизни.
Холодные созвездия горят.
Глухого мирозданья не корят
Остывшие Ока, Шексна и Припять.
Поэтому я предлагаю выпить
За жизнь с листа и веру наугад.
За трепет барабанных перепонок.
В последний день, когда меня спросонок
По имени окликнут в тишине,
Неведомый пробудится ребенок
И втайне затоскует обо мне.
Условимся о гибели молчок.
Нам вечность беззаботная не светит.
А если кто и выронит смычок,
То музыка сама себе ответит.
1977
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
