– Слышишь яблоко?.. – говорила, срывала, катала его по блюдцу, –
мой никчемный, мой правильный, праведный, четная птица-ноль,
слышишь, яблоко поспевает? Успей, не забудь вернуться
до того, как нальется его ре-диез и осыплется в си-бемоль.
– Слышишь, – она говорила, – как ждут тебя книги твои, разговоры, тапки,
мой никудышный, мой суженый, ряженый, шут мой и мой сюзерен?
Ты попытайся услышать, как с дерева плод опадать начинает упругий и сладкий!
Только прислушайся, – говорила, – как многоточие гладит катрен…
Как пел пропойца под моим окном!
Беззубый, перекрикивая птиц,
пропойца под окошком пел о том,
как много в мире тюрем и больниц.
В тюрьме херово: стражники, воры.
В больнице хорошо: врач, медсестра.
Окраинные слушали дворы
такого рода песни до утра.
Потом настал мучительный рассвет,
был голубой до боли небосвод.
И понял я: свободы в мире нет
и не было, есть пара несвобод.
Одна стремится вопреки убить,
другая воскрешает вопреки.
Мешает свет уснуть и, может быть,
во сне узнать, как звезды к нам близки.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
