Объяснительная по поводу событий, имевших место ...
Это я принёс декану Философского факультета, в письменной форме. А через несколько часов оно висело на доске объявлений в печатном виде. Факультет улыбался.
Объяснительная по поводу событий,
имевших место в ночь на 1 апреля в общежитии № 8 ТГУ.
Приступаю: друзья наслаждаются обществом женщин,
восседая почти впятером на одной раскладушке
в коридоре пустынном того общежитья, в котором
столько дней и ночей разменял я на долгие годы,
что уже и не вспомнить. Они, в ожиданьи рассвета,
разговоры ведут исключительно лишь о погоде, -
дескать, март не удался, - но недалеко до апреля,
и да близится час тот, когда златокудрая Феба
всё, что сможет, рассыплет… И прочее в этаком роде.
Я же, злата не ищущий, и серебром обделённый,
медитирую в плоскости, заданной сферой Паскаля,
рассечённый наотмашь - что-Гамлет! мечом рефлексии.
Заунывная речь, - И.П. Павлов писал в своих книжках,
как настырный шахтёр, пробираясь в кору полушарий,
не земных, а больших, тормозит не земные процессы,
а большие – движения мысли моей одинокой.
Так вот я и заснул в это первое утро апреля.
Восхищенье друзей, как всегда, не имело предела, -
восхитить остальных пожелали они. Улыбнулись,
полагаю - беззлобно, укрыли заботливо пледом
и ушли. Что сказать им, морали не переступая!
Время шло, как войска, не решаясь сменить направленье.
Я лежал в коридоре и в предвосхищеньи сержанта,
только он и не думал оказывать мне восхищенье, -
разбудил, Это мистика. Или - второй Кашпировский!
Остальное не стоит и тени моих ожиданий, -
написал протокол. Я так думаю, по трафарету,
ибо слишком шаблонны слова его и запятые.
Я покаялся в том, что уснул посреди коридора,
каюсь и до сих пор. И, пожалуй, не скоро раскаюсь.
P.S. Я хороший, поверьте. Я выспался.
Больше не буду.
В этой роще березовой,
Вдалеке от страданий и бед,
Где колеблется розовый
Немигающий утренний свет,
Где прозрачной лавиною
Льются листья с высоких ветвей,—
Спой мне, иволга, песню пустынную,
Песню жизни моей.
Пролетев над поляною
И людей увидав с высоты,
Избрала деревянную
Неприметную дудочку ты,
Чтобы в свежести утренней,
Посетив человечье жилье,
Целомудренно бедной заутреней
Встретить утро мое.
Но ведь в жизни солдаты мы,
И уже на пределах ума
Содрогаются атомы,
Белым вихрем взметая дома.
Как безумные мельницы,
Машут войны крылами вокруг.
Где ж ты, иволга, леса отшельница?
Что ты смолкла, мой друг?
Окруженная взрывами,
Над рекой, где чернеет камыш,
Ты летишь над обрывами,
Над руинами смерти летишь.
Молчаливая странница,
Ты меня провожаешь на бой,
И смертельное облако тянется
Над твоей головой.
За великими реками
Встанет солнце, и в утренней мгле
С опаленными веками
Припаду я, убитый, к земле.
Крикнув бешеным вороном,
Весь дрожа, замолчит пулемет.
И тогда в моем сердце разорванном
Голос твой запоет.
И над рощей березовой,
Над березовой рощей моей,
Где лавиною розовой
Льются листья с высоких ветвей,
Где под каплей божественной
Холодеет кусочек цветка,—
Встанет утро победы торжественной
На века.
1946
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
