Ну, давай, говори, перекатывай вой,
поутру нагорит, да, видать, не впервой.
Поутру холода да румянец зари
оплетут в невода, чтоб ты ни говорил…
- В Поднебесной дела – всё беда за бедой,
отцвела омела, заросла лебедой.
Глушь немятых снегов, да подворий пустых,
а добра-то всего – только пять золотых…
Увядающий Бог с синевой пополам,
Папа Карло подох всё по тем же делам, -
по дороге с ума добела замело,
затяжная зима забрала под крыло.
Я у розы ветров оборву лепесток,
нагадаю любовь, убегу на Восток,
залатаю суму да пойду по дворам,
я построю ему белокаменный храм,-
где покой да уют – ни вещей, ни причин,
где из проруби бьют золотые ключи,
где от шумных наяд лишь круги по воде,
и деревья стоят борода к бороде…
Понимаешь…
- Забудь. Замолчи. Перестань.
Ты ступаешь на путь от любви до креста.
Бьют в стекло холода, словно рыба об лёд,
а любовь, как всегда, - до утра подождёт.
Взгляни на деревянный дом.
Помножь его на жизнь. Помножь
на то, что предстоит потом.
Полученное бросит в дрожь
иль поразит параличом,
оцепенением стропил,
бревенчатостью, кирпичом -
всем тем, что дымоход скопил.
Пространство, в телескоп звезды
рассматривая свой улов,
ломящийся от пустоты
и суммы четырех углов,
темнеет, заражаясь не-
одушевленностью, слепой
способностью глядеть вовне,
ощупывать его тропой.
Он - твой не потому, что в нем
все кажется тебе чужим,
но тем, что, поглощен огнем,
он не проговорит: бежим.
В нем твой архитектурный вкус.
Рассчитанный на прочный быт,
он из безадресности плюс
необитаемости сбит.
И он перестоит века,
галактику, жилую часть
грядущего, от паука
привычку перенявши прясть
ткань времени, точнее - бязь
из тикающего сырца,
как маятником, колотясь
о стенку головой жильца.
<1993>
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
