Ты не знаешь ещё… что сегодня мой рот закрыт на замок:
не рассыпаться мыслям дурацким… ну, тем, что цвета асфальта.
Рефлекси'и скользящий извне – дву.../не/мыслимый – экивок
опадает в безоблачность полупрозрачно-улыбчивой смальты
глаз твоих… и уже совершенно не важно, что вне – темнота:
истекаю молитвами в неба стакан, полагая наивно,
что однажды одна из них в цель – девяносто девять из ста –
попадёт, если будет достаточно медитативна…
Если будет... А может, затем и тупит души карандаш,
что желается слишком уж много и верится в лучшее часто?..
Ну не пишется мне – понимаешь? – не пишется… Ерунда ж.
Мне хватает – поверишь? – того, что я к буквам твоим причастна.
Мне б постичь тебя… мне бы до сказок твоих дойти-дорасти,
но… смягчая углы, что моей немоты взрезают пространство,
напою твоё небо крылами своих предрассветных птиц,
чтоб тебе сочинялось – тебе – в этом мире непостоянства…
Что у вас с Сержем-то эта рифма всю доминошную башенку рушит: пространство - постоянство (непостоянство). У мене, честно, на неё уже аллергия, видно)
Принимаю заявки на исправление набивших оскомину рифмов. Шутка.
)))
)))))
Сонц, ну, вот как-то так получилось, не захотелось тревожить пришедшую мыслю... недоработка, ага..)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Эту книгу мне когда-то
В коридоре Госиздата
Подарил один поэт;
Книга порвана, измята,
И в живых поэта нет.
Говорили, что в обличьи
У поэта нечто птичье
И египетское есть;
Было нищее величье
И задерганная честь.
Как боялся он пространства
Коридоров! постоянства
Кредиторов! Он как дар
В диком приступе жеманства
Принимал свой гонорар.
Так елозит по экрану
С реверансами, как спьяну,
Старый клоун в котелке
И, как трезвый, прячет рану
Под жилеткой на пике.
Оперенный рифмой парной,
Кончен подвиг календарный,-
Добрый путь тебе, прощай!
Здравствуй, праздник гонорарный,
Черный белый каравай!
Гнутым словом забавлялся,
Птичьим клювом улыбался,
Встречных с лету брал в зажим,
Одиночества боялся
И стихи читал чужим.
Так и надо жить поэту.
Я и сам сную по свету,
Одиночества боюсь,
В сотый раз за книгу эту
В одиночестве берусь.
Там в стихах пейзажей мало,
Только бестолочь вокзала
И театра кутерьма,
Только люди как попало,
Рынок, очередь, тюрьма.
Жизнь, должно быть, наболтала,
Наплела судьба сама.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.