Девочка, пуль навылет, поверь, не бывает в сорок:
Все - только в сердце, в яблочко.Все только - Навсегда.
Я не из тех, кто просто пьяным горячку порет.
Я за тобой не буду "скучать-любить" никогда.
Только ты помни: пестик - к ступке, к тычинке, к бездне
В общем-то, одинаков: пестик он - он и есть.
Девочка, я прострелен,что может быть помпезней?!
Девочка, я не старый, мне только 36!
гм, прострелен или подстрелен? а то как-то заявлено яблочко, а по факту - насквозь?
Оспидя!
" В яблочко" - это в сорок!
Навылет - это в 36!
Ну, не проняла его деука, как влетела, так и вылетела из сердца. А дырочка затянулась мгновенно.
Вообще мне нравятся всяческие бездны, пропасти, провалы, а у Вас пестик, летящий к тычинке, которая ждёт его в бездне. Завораживающий образ. К тому же он говорящий и сообщает тычинке, что прострелен.
Опять же неизвестно навылет или в яблочко. Но тем не менее голос из бездны всегда притягивает внимание.
Как говорится, пестик он и есть пестик и никакой Африки.
Угу.
Вот все-таки сразу видно кто и где пожил))) Прочитала на одном дыхании, все поняла. "за тобой скучать" даже не царапнуло, все детство слышала именно в такой форме, а потом Москва внесла свои коррективы... не шифоньер, а шкаф; не за тобой, а по тебе. Красиво, спасибо)
Замечательный стих, правда, пестик у цветка это как раз женский орган. Но это формальные пустяки. Это просто так, к сведению. Хотя, если "тычинкой" пожертвовать, так никто уж не придерётся. А по мне и так хорошо.:)
А ведь точно про пестик и тычинку, хотя по логике он - это пестик, а она - это тычинка... Неисповедимы причуды ботаники!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.
Вдали, над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.
И каждый вечер, за шлагбаумами.
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.
Над озером скрипят уключины,
И раздается женский визг,
А в небе, ко всему приученный,
Бессмысленно кривится диск.
И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной,
Как я, смирён и оглушен.
А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
"In vino veritas!" кричат.
И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.
И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна,
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.
И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.
И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.
Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.
И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.
В моей душа лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.
24 апреля 1906. Озерки
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.