Закрыт шлагбаум. Сонный конвоир
с утра упорно бредит жирным пловом.
Я оглянулся: этакий ранжир
по нашим топям можно только словом
поправить непечатным . На плечах
на беглый взгляд все поместилось, кроме
неуловимого чего-то, что в грачах
весной блестит, как окна в отчем доме.
Чего-то не хватает, перерой
весь скарб и разметай его – нет горя.
Все слишком явно, чтобы быть игрой:
без этого шлагбаум не откроют.
И оглядев, побитую дождем
и солнцем эту, так сказать, дорогу,
я вдруг увидел место,где рожден.
И, боже мой, насколько же немного
мне нужно было взять сюда с собой
чтобы пройти последнюю преграду:
отцовский взгляд, на нежности скупой,
печаль немую маминого взгляда…
Мы целовались тут пять лет назад,
и пялился какой-то азиат
на нас с тобой — целующихся — тупо
и похотливо, что поделать — хам!
Прожекторы ночного дискоклуба
гуляли по зеленым облакам.
Тогда мне было восемнадцать лет,
я пьяный был, я нес изящный бред,
на фоне безупречного заката
шатался — полыхали облака —
и материл придурка азиата,
сжав кулаки в карманах пиджака.
Где ты, где азиат, где тот пиджак?
Но верю, на горе засвищет рак,
и заново былое повторится.
Я, детка, обниму тебя, и вот,
прожекторы осветят наши лица.
И снова: что ты смотришь, идиот?
А ты опять же преградишь мне путь,
ты закричишь, ты кинешься на грудь,
ты привезешь меня в свою общагу.
Смахнешь рукою крошки со стола.
Я выпью и на пять минут прилягу,
потом проснусь: ан жизнь моя прошла.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
