Упоминания об абрикосе встречаются у римских авторов в I в. н. э. Возможно, абрикос был завезен в Рим в I в. до н. э. напрямую из Армении или армянскими купцами, на что намекает латинское название armeniaca. (с)
Прозрачный до косточки спелый циран
На блюде лежит между яблок брезгливо.
Тобой наслаждался великий Тигран,
А римляне звали армянскою сливой.
Как радуют глаз разомлевшие рядышком
В янтарном волшебном варении,
Начинены сильно прожаренным ядрышком
Хозяйкой в большом вдохновении,
Овальные фрукты в сиропе густом.
Довольно!.. Терпеть описанья нет мочи!
Я ложкой цепляюсь за самый большой -
Люблю абрикосы армянские очень!
Сочно так...
"Я ложкой цепляюсь за самый большой")
Пока ты цепляешь, он быстренько - мой!)
Ой)
Вкусно).
Да ладно, я тебе его и так подарю )
И вообще, Про, форма-то, форма!) Левокрайний стиш!)
(банка с вареньем наклонилась и всё стеклось к краю!)
Левокрайний стиш
=
Посмотри, как преображена
Огневой кожурой абажура
Конура, край стены, край окна,
Наши тени и наши фигуры.
(с)
+
Кто там шагает правой? Левой,левой,левой!
(с)
Не, такой вкусный и ароматный текст)
Так "вкусный и ароматный" или "не"? )
Не, без "не", конечно)))
пойду сегодня, куплю себе таких, пока не исчезли. Сезон почти закончился. Спасибо, Ник. Это особенное варенье для меня))
Ксана, Вам спасибо! Мне приятно, что Вы меня читаете (мурлычет от удовольствия)
А знаете, в настоящем варении, когда, действительно, сумасшедшие самоотверженные дамы поджаривают ядрышко (предварительно его расколов), а потом водворяют обратно (эх, люблю я загнуть длинное предложение)...
так вот. Там эти янтарные огромные плоды прозрачны на свет и ядрышко очччень соблазнительно ждет в нежной мякоти... благодарного поедателя. )
К нам привозят мелковатые и еще незрелые - наверное тяжко иначе. А самые правильные они существенно больше. Но они растут только на юных деревьях.
Самое прикольное, что я и не видел их на дереве. Те, которые у нас мельче. Это гастрономические впечатления рождают у меня многа букафф.
спасибо!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Когда менты мне репу расшибут,
лишив меня и разума и чести
за хмель, за матерок, за то, что тут
ЗДЕСЬ САТЬ НЕЛЬЗЯ МОЛЧАТЬ СТОЯТЬ НА МЕСТЕ.
Тогда, наверно, вырвется вовне,
потянется по сумрачным кварталам
былое или снившееся мне —
затейливым и тихим карнавалом.
Наташа. Саша. Лёша. Алексей.
Пьеро, сложивший лодочкой ладони.
Шарманщик в окруженьи голубей.
Русалки. Гномы. Ангелы и кони.
Училки. Подхалимы. Подлецы.
Два прапорщика из военкомата.
Киношные смешные мертвецы,
исчадье пластилинового ада.
Денис Давыдов. Батюшков смешной.
Некрасов желчный.
Вяземский усталый.
Весталка, что склонялась надо мной,
и фея, что мой дом оберегала.
И проч., и проч., и проч., и проч., и проч.
Я сам не знаю то, что знает память.
Идите к чёрту, удаляйтесь в ночь.
От силы две строфы могу добавить.
Три женщины. Три школьницы. Одна
с косичками, другая в платье строгом,
закрашена у третьей седина.
За всех троих отвечу перед Богом.
Мы умерли. Озвучит сей предмет
музыкою, что мной была любима,
за три рубля запроданный кларнет
безвестного Синявина Вадима.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.