Повяжу бандану, нахлобучу сверху
Треуголку кожи нильских крокодилов.
На блошином рынке, вместе с этажеркой,
Книг куплю с десяток, что не проходили
В школе.
А ещё мне
Непременно трубку,
Как спина у негра, чтоб она лоснилась.
Я давно мечтал вот о таких покупках.
Шпаги и компасы по ночам мне снились.
Я возьму с собою верную подругу.
Вопреки приметам, сплетням у подъезда.
Пусть намного младше, грудь зато упруга.
Нам во время качки будет интересно.
Может быть когда-то выбросит на остров
Наш корабль разбитый – что ж, роптать не будем.
Время не теряли и своих матросов
Мы ещё до шторма выкинули в люди.
Сядем на закате.
Спросишь:
«Жив ли Леннон?»
Память нам покажет сотни фотографий.
Только виртуальных.
Где же был ты, «Кэнон»?
Ведь они достойны «Нейшнл Джеографик».
Благодарю за каждую дождинку.
Неотразимой музыке былого
подстукивать на пишущей машинке —
она пройдёт, начнётся снова.
Она начнётся снова, я начну
стучать по чёрным клавишам в надежде,
что вот чуть-чуть, и будет всё,
как прежде,
что, чёрт возьми, я прошлое верну.
Пусть даже так: меня не будет в нём,
в том прошлом,
только чтоб без остановки
лил дождь, и на трамвайной остановке
сама Любовь стояла под дождём
в коротком платье летнем, без зонта,
скрестив надменно ручки на груди, со
скорлупкою от семечки у рта. 12 строчек Рыжего Бориса,
забывшего на три минуты зло
себе и окружающим во благо.
«Olympia» — машинка,
«KYM» — бумага
Такой-то год, такое-то число.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.