"Гамлет", Перевод (1837) писателя, критика и журналиста Николая Алексеевича Полевого (1796—1846):
О, женщины, ничтожество вам имя!
Как? месяц... Башмаков еще не износила,
В которых шла за гробом мужа,
Как бедная вдова, в слезах... И вот —
Мне жмут уже давно чужие башмаки.
Наверное, высок подъём неповторимых ножек.
К тому же-лень на бантики опять завязывать шнурки
Иль кнопочки давить наскучивших застёжек.
Одолевает скука. Заездила тоска.
И куплены стилетос, хорош Маноло Бланик.
Вот эти по ноге. Ах, кожа так мягка.
Пора их прогулять на встречу в модном ресторане.
Пружиню шаг как «Зверь без разума и чувства!»
Запудрив пятна слёз, что я лила часами.
«...ничтожество вам имя»...быть женщиной-искусство
звучать растеряно и изнывать под небесами
Дай Бог мне износить до дыр мою печаль.
Набойки оборвать, всю исцарапать краску.
Связать-и в мусор обувь.Нет нашей пары.Жаль.
Скрипели башмаки...Напрасный скрип.Нет сказки.
Ну-ка взойди, пионерская зорька,
старый любовник зовёт.
И хорошенько меня опозорь-ка
за пионерский залёт.
Выпили красного граммов по триста –
и развезло, как котят.
Но обрывается речь методиста.
Что там за птицы летят?
Плыл, как во сне, над непьющей дружиной
вдаль журавлиный ли клин,
плыл, как понятие "сон", растяжимый,
стан лебединый ли, блин…
Птицы летели, как весть не отсюда
и не о красном вине.
И методист Малофеев, иуда,
бога почуял во мне.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
