Весна спешила тебе разметать кудри
то птицами по ветру, то по плечам смолью.
Плеснув в глаза твои маревое утро,
весна спешила меня разлучить с болью.
Она успела. И брызги её, и блики –
игра глазами Бога. Вода в купели
её проталин – зеркало Эвридики.
И мне не важно, Гелиос или гелий –
он Гений! Он – летаргическая пружина
в иной пейзаж, вне времени и предела,
где только снег. Где только что потушила
ты свет в окне. И в форточку улетела,
где только снег. Полёт. А за ним паренье,
хрустальный плеск посуды на карнавале,
и абрис твой – уже не венец творенья,
а тот венец, которым короновали.
Итог:
на лист бумаги ложатся строфы
(что птичьи стаи) и, словно по воле Феба,
чеканят твой точёный античный профиль
стилом по воску где-то в районе неба.
именно потому и потушила, что должна была в форточку сигануть. Зачем народ смущать.
Хороший стиш. Забрал его.
Спасибо, Ник!
Бери их оптом, так жить проще. Маргаритам.
Это я своей любимой.
Никита.
а ведь случайно нашел твой ответ. Он не пришит к комменту.
Маргаритки - Маргаритам.
Розы - Розам, астры же к пиастрам...
мисс, мамзели, сеньориты
под луной крем алебастром...
полетели из окна, форточки раскрыв!
кто на метле, а кто на жирном борове
во временной тугой разрыв
Метнулись чернобровые,
всех нас заворожив
бедовые!
божимой... че это... ну, ладно. пусть бу.
Не трамплин и не батут -
просто, женщины цветут.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Свиданий наших каждое мгновенье
Мы праздновали, как богоявленье,
Одни на целом свете. Ты была
Смелей и легче птичьего крыла,
По лестнице, как головокруженье,
Через ступень сбегала и вела
Сквозь влажную сирень в свои владенья
С той стороны зеркального стекла.
Когда настала ночь, была мне милость
Дарована, алтарные врата
Отворены, и в темноте светилась
И медленно клонилась нагота,
И, просыпаясь: "Будь благословенна!" -
Я говорил и знал, что дерзновенно
Мое благословенье: ты спала,
И тронуть веки синевой вселенной
К тебе сирень тянулась со стола,
И синевою тронутые веки
Спокойны были, и рука тепла.
А в хрустале пульсировали реки,
Дымились горы, брезжили моря,
И ты держала сферу на ладони
Хрустальную, и ты спала на троне,
И - боже правый! - ты была моя.
Ты пробудилась и преобразила
Вседневный человеческий словарь,
И речь по горло полнозвучной силой
Наполнилась, и слово ты раскрыло
Свой новый смысл и означало царь.
На свете все преобразилось, даже
Простые вещи - таз, кувшин,- когда
Стояла между нами, как на страже,
Слоистая и твердая вода.
Нас повело неведомо куда.
Пред нами расступались, как миражи,
Построенные чудом города,
Сама ложилась мята нам под ноги,
И птицам с нами было по дороге,
И рыбы подымались по реке,
И небо развернулось пред глазами...
Когда судьба по следу шла за нами,
Как сумасшедший с бритвою в руке.
1962
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.