Теперь – себе: пожалуй, так лучше…
Я не о смерти, - без неё тошно.
Ты всё копал. Ты всё хотел глубже.
И что? Тебя вполне понять можно.
Гниёт в земле твоих костей груда.
Не докопаешься. И прах, тлен ли –
всё ничего. А знаешь, как худо,
когда в себе похоронил землю.
Себя не в счёт. Я из неё вышел.
Едва обсох, и сразу в печь – обжиг.
И всё летал. И всё хотел выше.
А что? Меня вполне понять можно.
Мы к осени пить перестанем,
Освоим гражданскую речь,
И мебель в домах переставим,
Чтоб не было места прилечь.
Над табором галок картавых
Синайская злая гроза,
Но рыбы в подводных кварталах
Закрыть не умеют глаза.
Взлетает оленья приманка
В рассеянный свет неживой,
А сердце на грани припадка
В упряжке любви гужевой.
Пространство сгущается к ночи,
Лежит на ветвях, как слюда.
Но рыб негасимые очи
Глядят из девонского льда,
Как времени грубые звенья
Наощупь срастаются в век.
А мы не имеем забвенья,
Стеная у медленных рек.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
