День закончился привычно
теплым вечером обычным,
ты не спишь, глядишь в окошко
на огни
улиц города большого,
беззащитного такого,
что вместить бы на ладошку
и хранить...
Синий воздух мглой струится,
спит усталость на ресницах,
спят дела твои, проблемы
тоже спят.
Спят дороги, сводки, рейсы,
электрички спят на рельсах,
спят часы, запрятав время
в циферблат.
Дремлет влажная прохлада
на ветвях деревьев сада
в том краю, где нет ни боли,
ни обид.
Есть стихи, где между строчек
я шепчу "спокойной ночи!..",
исчезая в мир, который
сладко спит...
Мы живем, под собою не чуя страны,
Наши речи за десять шагов не слышны,
А где хватит на полразговорца,
Там припомнят кремлевского горца.
Его толстые пальцы, как черви, жирны,
И слова, как пудовые гири, верны,
Тараканьи смеются глазища
И сияют его голенища.
А вокруг него сброд тонкошеих вождей,
Он играет услугами полулюдей.
Кто свистит, кто мяучит, кто хнычет,
Он один лишь бабачит и тычет.
Как подкову, дарит за указом указ —
Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз.
Что ни казнь у него — то малина
И широкая грудь осетина.
Ноябрь 1933
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
