Принесу туман, наброшу,
и озябнут дрожью плечи —
станет влажно, будет легче
пережить уход тепла.
В пасть каминную дракона
положу сухих полешек:
- Кушай, кушай, мне не жалко, —
выжигай тоску дотла.
Я читаю между искр:
- Лето скоро на исходе
некрасиво со слезами
отойдёт в иную даль,
загорится ярким цветом
и потухнет серым пеплом,
и под белым покрывалом
упокоится. Печаль
постучится робко в двери:
- Волча, ну, открой, не мучай
ты же добрая, я знаю
(бедным надо помогать).
- Нет, злодейка, вкусным кормом
будет кто-нибудь получше,
беспечальны нынче звери —
гордый норов, стройна стать.
Лучше буду есть капусту,
или корни жрать осоки,
но останусь сильной духом
и с улыбкой на губах
целовать восточный ветер,
рисовать закаты буду
вместе с Солнцем, гладить нежно
Землю в оспинках-стогах.
Я закрыл Илиаду и сел у окна,
На губах трепетало последнее слово,
Что-то ярко светило — фонарь иль луна,
И медлительно двигалась тень часового.
Я так часто бросал испытующий взор
И так много встречал отвечающих взоров,
Одиссеев во мгле пароходных контор,
Агамемнонов между трактирных маркеров.
Так, в далекой Сибири, где плачет пурга,
Застывают в серебряных льдах мастодонты,
Их глухая тоска там колышет снега,
Красной кровью — ведь их — зажжены горизонты.
Я печален от книги, томлюсь от луны,
Может быть, мне совсем и не надо героя,
Вот идут по аллее, так странно нежны,
Гимназист с гимназисткой, как Дафнис и Хлоя.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
