Соседи за стеной кричат: "Оле! Оле" -
у них опять футбол - комедия и драма,
а мы сидим и курим. Старенький наш плед
подвешен на гвоздях в оконной раме.
Две свечки на столе, две тени на стене,
на улице зима, метель и воскресенье,
наверное. У нас и времени-то нет,
и только свечи плавятся в безвременье,
как будто снова на дворе двадцатый век,
начало, снегопад, и будущее нервно,
непредсказуемо, как завтрашний ночлег.
Нет, всё же хорошо, что двадцать первый,
что можно просто так топить камин, смотреть
в огонь, молчать, курить и слушать треск поленьев,
и жить, пока позволит жить лихая смерть,
не веря, что настанет воскресенье.
Грешить бесстыдно, непробудно,
Счет потерять ночам и дням,
И, с головой от хмеля трудной,
Пройти сторонкой в божий храм.
Три раза поклониться долу,
Семь — осенить себя крестом,
Тайком к заплеванному полу
Горячим прикоснуться лбом.
Кладя в тарелку грошик медный,
Три, да еще семь раз подряд
Поцеловать столетний, бедный
И зацелованный оклад.
А воротясь домой, обмерить
На тот же грош кого-нибудь,
И пса голодного от двери,
Икнув, ногою отпихнуть.
И под лампадой у иконы
Пить чай, отщелкивая счет,
Потом переслюнить купоны,
Пузатый отворив комод,
И на перины пуховые
В тяжелом завалиться сне...
Да, и такой, моя Россия,
Ты всех краев дороже мне.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
