До оборотки не дотянуло, и не на конкурс, но навеяно, конечно, замечательным творением Max'а
Оловянный боец встряхнется от дремоты,
выльет старый чай.
Ему тяжело говорить и он
будет теперь молчать.
Тот, кто прошел три войны,
в этой комнате много лет одинок.
Ему не больно, он пьет анальгин,
гладит холодный курок.
***
Он садится в привычную позу,
упираясь ногою в пол,
отмечая знакомый привкус -
как катать языком обол.
Кинопроектор трещит, на стене рисует
слепое окно.
За окном проявляются лица,
точно немое кино.
***
Бумажная Айседора танцует с шарфом,
как эфемерный джинн.
Кинопроектор трещит,
считает по кадрам
чью-то чужую жизнь.
Пленка шуршит, проектор залижет раны,
приветы из прошлых лет.
По спине оловянного
осторожный крадется свет.
Встанешь не с той ноги,
выйдут не те стихи.
Господи, помоги,
пуговку расстегни
ту, что под горло жмёт,
сколько сменил рубах,
сколько сменилось мод...
Мёд на моих губах.
Замысел лучший Твой,
дарвиновский подвид,
я, как смешок кривой,
чистой слезой подмыт.
Лабораторий явь:
щёлочи отними,
едких кислот добавь,
перемешай с людьми,
чтоб не трепал язык
всякого свысока,
сливки слизнув из их
дойного языка.
Чокнутый господин
выбрал лизать металл,
голову застудил,
губы не обметал.
Губы его в меду.
Что это за синдром?
Кто их имел в виду
в том шестьдесят седьмом?
Как бы ни протекла,
это моя болезнь —
прыгать до потолка
или на стену лезть.
Что ты мне скажешь, друг,
если не бредит Дант?
Если девятый круг
светит как вариант?
Город-герой Москва,
будем в восьмом кругу.
Я — за свои слова,
ты — за свою деньгу.
Логосу горячо
молится протеже:
я не готов ещё,
как говорил уже.
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
