Ветер наполнит чашу,
Вечер наполнит мудрость,
Тем, кого лечит время, легче идти вперёд.
Если забыто *наше*,
Значит, уходит юность.
Тем, кому трудно плакать, всхлип не пойдёт в зачёт.
Если не верить в *будет*,
Значит, уснут созвездья.
И понапрасну слёзы, если не знаешь, как.
Трудно сегодня людям,
Если пропало *вместе*,
Вечер вонзится в чёткий и полуночный мрак.
Ветер уйдёт из чаши,
Мудрость уйдет из сердца,
Сказано очень много и не словить слова.
Если забыто *наше*,
С этим судьба - стерпеться.
В тёплое счастьем завтра вдруг пpорастёт трава...
Задумаешься вдруг: какая жуть.
Но прочь виденья и воспоминанья.
Там листья жгут и обнажают суть,
но то уже за гранью пониманья,
и зреет там, за изгородью, звук,
предощутим и, кажется, прекрасен.
Затянешься. Задумаешься вдруг
в кругу хлебнувших космоса орясин —
высотки, в просторечии твоём.
Так третье поколение по праву
своим считает Фрунзенский район,
и первое — район, но не державу.
Я в зоне пешеходной — пешеход.
В зелёной зоне — божия коровка.
И битый час, и чудом целый год
моё существованье — тренировка
для нашей встречи где-то, где дома
населены консьержками глухими,
сошедшими от гордости с ума
на перекличке в Осовиахиме.
Какая жуть: ни слова в простоте.
Я неимущ к назначенному часу.
Консьержка со звездою на хвосте
крылом высоким машет ишиасу.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
