За окнами томится холод,он озвереет в январе.
Метелица своим подолом намылит словно брадобрей
Дома от стынущих макушек до щек озябших и тогда
С роями ярких белых мушек вмешает в пену иглы льда.
Но за щеками - батареи согреют ночи торжество.
В нарядных комнатах созреет вот-вот под ёлкой - Рождество.
И хочется безмерно - чуда, и слышится снаружи... звон
Бубенчиков в санях и удаль лесных копыт поёт... А он
По опустевшему проспекту в мохнатой шапке, шуба-синь,
Торопится к своим конспектам для леса зимних берегинь.
Причина утаённых взрослых и детских тихо слышных грёз,
Мчит, не давая снегу роздых в завесе пышной...Дед-Мороз.
Декабрь морозит в небе розовом,
нетопленый чернеет дом.
И мы, как Меншиков в Берёзове,
читаем Библию и ждём.
И ждём чего? Самим известно ли?
Какой спасительной руки?
Уж вспухнувшие пальцы треснули,
и развалились башмаки.
Уже не говорят о Врангеле,
тупые протекают дни.
На златокованом архангеле
лишь млеют сладостно огни.
Пошли нам долгое терпение,
и лёгкий дух, и крепкий сон,
и милых книг святое чтение,
и неизменный небосклон.
Но если ангел скорбно склонится,
заплакав: «Это навсегда»,
пусть упадёт, как беззаконница,
меня водившая звезда.
Нет, только в ссылке, только в ссылке мы,
о, бедная моя любовь.
Лучами нежными, не пылкими,
родная согревает кровь,
окрашивает губы розовым,
не холоден минутный дом.
И мы, как Меншиков в Берёзове,
читаем Библию и ждём.
1920
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
